Все тексты

Борису Гребенщикову



Миледи, мы знакомы давно - вы были значительно тоньше.
Культурный слой Петербурга заносят морские пески.
Вам к лицу это жёлтое
аморальное солнце,
вуаль Гончаровой и телесного цвета чулки....

Не приведи, Господь, мне снова появиться кошкой
В доме том, где я сегодня умерла...

Пока темно, я незаметно прошмыгну, одним глазком быстро-быстро разведаю, и сразу назад. Так, окно открыто, - отлично! Чёрт, вот только не хватало, чтобы песнь оголодалого брюха меня выдала....

- Чёртовы твари, где Он? Что вы с Ним сделали? – истошно орал взбалмошный старик, посреди ночи, завернутый в белую простыню, с керосиновой лампой в руке, бегая по узким улочкам маленького городка, с растрёпанной шевелюрой и дырявым носком, сиротливо болтавшемся на левой ноге....

Сплю и вижу - сидит дедушко на берегу очччень тихого океана, поджав ноги и сосредоточенно наблюдает за неспешным извержением вулкана. Истекающие потоки лавы весьма вдохновляющи для кулинарных изысков тонкой восточной натуры - журавль под майонезом, ёжик под хреном и наконец, апофеоз чревоугодия - распитие саке - теплой рисовой водки хиросимского разлива....

- Заходи! – кричу я. – Открыто!
Пустая трата времени закрывать двери, если за ними толком ничего нет.
Джон (в миру Ваня Сурков) подает мне руку и морщится.
- Че тут за вонь у тебя такая?
- Рыбка сдохла, - говорю. – Корм же сейчас дефицит. Да и денег… Кормлю чем попало....

1

Он бежал из города. От фальшивых друзей, от ненужных любовниц.
Судьба никогда не была к нему жестока, а бытие его можно было назвать благополучным. Он взрослел в спокойные времена, не голодал, не знал что такое война или революция. Наверное, поэтому Антона всегда впечатляли персонажи в кинематографе и литературе, которые прорываются через преграды, выкарабкиваются из передряг....

Как я понял, что пора бросать пить? Просто в один момент я вдруг поймал себя на мысли, что появляется некая система в моих загулах. Дозы алкоголя росли, время между пьянками сокращалось, радость сменилась депрессией, а веселье - скандалами. Алкоголь вдруг стал моими суровыми буднями....

Сцена1: Окраина Города. Осень на стыке с зимой. Сумерки. Сырой, тяжелый и мутный воздух, старые фонари выстроились в очередь по улице, с одной стороны застроенной однотипными обшарпанными девятиэтажками, сонными глазами глядящими через дорогу на всклокоченное поле....

Артур Цыпка – худой мужчина неопределённого возраста, молча, выслушивает упрёки редактора, у которого торчат зоб, выкатившиеся глаза и бородавки на лице.

-Нет, Артюрчик у тебя силы. Нет, и никогда не будет. Читателю не объяснять надо. Читателю надо показать....

Полдень.
Трезвый я шагаю,
Вдоль забытых богом строек
Сквозь прохожих и трамваев,
Мимо складов и помоек

Как звучит и не банально,
Я спешу судьбе навстречу
Если спросит кто - Куда, мол?
Так вот сразу не отвечу

А за улицей, проулок -
Школа, кладбище, и поле
Шаг мой тяжек, стал он гулок,
Не хочу идти я боле

Там за полем - край и бездна,
Темь кромешна и превратна
Там совсем неинтересно
Возвращаюсь я обратно

Снова дома - кухня, полки,
Шифонье...

"Мутишь взглядом матово-стекляным
Всю мою ты женскую судьбу",-
Так твердила дама неустанно
Хочешь видеть женщину в гробу?

Только воскресенья взяли право
Дать и мне спокойно отдохнуть
Как бежишь ты снова за отравой,
Что орёшь потом уже не суть....

Потанцуем?
Белый танец между фраз признаний трепетных.
Порифмуем?
Наши чувства вязью слов немного ветреных.
Мы рискуем-
Быть непонятой, не принятою парою.
Покайфуем?
Для чего-то я пришла к тебе с гитарою.


Ты сыграешь -
Я спою твои стихи на придыхании....

...
свалился нА голову, как снег,
сравнял неровности,
забился в трещинки,
присыпал синяки,
стёр очертания,
смёл формы
и условности,
отбил желанья, как с сапожек каблуки

лопата мне - мой реквизит,
мишень - мне ролью,
на мне пушистый бутафорский пуховик,
прицельней бей снежком,
а если станет больно -
растаю к марту....

я сам себе горло перегрызу;
ангелы сверху,дьявол внизу.
тонкая нить заката порвется;
ангелы сдохнут, дьявол проснется.

правит король один на один;
сам себе раб, сам господин.
лопнет корона, злато зачахнет;
труп короля ужасно запахнет....

мы с тобой наверху
обогретые звездами
с крыши
и вокруг ничего
не порушит дыхание
слов
тишина в тишине
моя музыка в том
как ты дышишь
сумрак темных волос
мое небо с чернильным
крылом


я смотрю сквозь тебя
отраженными лунами
взгляда
и так ясно внутри
от того что исчезнувший
свет
остается светить
через окна
слепые от пятен
там где темные звезды
о небе
мечтают

истлеть....

В такую ночь, конечно, не до сна.
Дышать морозным воздухом ноябрьским,
Под небом, где господствует Луна,
Что сыром притворяется швейцарским,
И льёт и льёт серебряный узор,
На инеем покрытые берёзы,
И будто в тонкий яшмовый фарфор
Укутывает дремлющие звёзды....

День начинает свой разбег
Лучами по макушкам сосен,
А белоснежный первый снег
Еще не тронут, не обоссан,

Воркуют птички в тишине,
Ежи в норах готовят ужин,
Приди, красавица, ко мне
Ужели я тебе не нужен,

Осип я, словно соловей,
Спиртяги заглотивший сотку,
Прошу - любви стакан налей,
Чтоб промочить чем было глотку,

Но мне молчание в ответ,
Ворона карчет на помойке,
Я уебал в неё дуплет,
Четверкой дробью или двойкой,

Не помню точно, хоть был нетр...

Только нечаянно, нервно, не в профиль,
Делая лишние впрочем поступки,
Часто сдвигая нахмуренно брови,
Делим на сон пережитые сутки.

Вроде как снег, и чуть чуть непогоды,
Сахар, как брат чей-то пролитой крови.
Цифры из физики курса - аноды,
В рамки зашитые выбором ловят....

-Давайте, я за вами поухаживаю, - предложил Эдик налив адское пойло в наш дежурный стакан и пододвинул его мне.

-Я не буду! - пыталась возразить я.
-Давай-давай, выпьем за любовь, за любовь нельзя не выпить! Эдик настаивал.

И я выпила, с огромным трудом пропихнув в себя эту мерзкую жидкость и не дав ей тут же выбраться, наружу икнув при этом....

лежу на дне блестящим камнем
а сверху лодочка плывет
слепая девочка, ладонью
почуя свет, ко мне гребет

она под воду тянет руки -
скорей, на борт меня поднять
и тонет..
погибая в муках
а почему - мне не понять

ведь я лежу в ручье хрустальном
вода по щиколотку мне....