|
Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее
| Пульс ЛитПрома: последние комментарииФиниcт Я.C.: "Я пишу стихи только когда мне очень очень очень очень очень очень очень очень плохо" ггы а кому нужна твоя жопоболь, ты не задавался вопросом?... если больно - язык в жопу засунь и сиди... хули другим то вешать?... как баба прям.. гг дурик очкатый Разбрасыватель камней ®: второй куплет страстный такой + Разбрасыватель камней ®: зачётный рэпачок Разбрасыватель камней ®: хуерашка Разбрасыватель камней ®: мантра какая-то Разбрасыватель камней ®: по мне, так прекрасно + Разбрасыватель камней ®: представил кашляющих воронов, улыбнулся Разбрасыватель камней ®: страдания МИХАЛЫЧ: Ёбаные буквы! Только из-за вас я столь дипломатичен. Разбрасыватель камней ®: Неплохо сделано, но лучший крайний куплет необходимо выровнять по рифме: Он смотрит в небосвод, а там, аднака, Сатурн мерцает, душу бередя. Созвездие Стрельца на Тропик Рака Меняет он, пространства обходя. МИХАЛЫЧ: #50 Да вы, я вижу, в чувство стали приходить... (Что не может не радовать, - от себя замечу.) И - да: бывает и хуже. Бывает, что те, кто поэтами себя величают, - человеческой трагедией манкируют, а пуще того - трусят в суть той трагедии войти. Трусят сами войти и боятся читателя за ручку за собой ввести (чтобы узрели - читали-то! Человеческую Трагедию-то!). Разбрасыватель камней ®: про недержание Разбрасыватель камней ®: Насчёт ритма согласен с Барагозиной. Ты, позолоченная, не грусти - так и напрашивается. И с препинаками ужос тихий. Стих- то достойный + Серафим Введенский: Я не поэт, спросите вон у Финиста. Так что 37 мне бояться нечего бггг дядяКоля: чота тоже картошки захотелось + дядяКоля: Поздравляю! Я родился, когда отцу моему было 33. И сам младшую дочку в 33 родил. Опять же Христос. Знаковая цифра, короче. 37 еще для поэтов роковая дата. Держись там у плиты со сковородкой. + Шева: ебануться. какое говно Божественный Игнат Зильбертруп: молод совсем исчо Антон Чижов: Все не успокоиться? Бывает. Но бывает и хуже. |

Сигарных утопая. Рядом с ней
Сидел матрос и брал её за ляжку
Ладонью, нихуя не покраснев.
Похлопывая веками об кольца
Густого дыма, женщина цвела,
Хотелось ей детей от комсомольца
Родить и жить на краюшке села..
И ночь была, и утро наступало,
И полдень плыл в оплавленный закат..
Матроса скоро тёлка заебала,
И он свалил, сказав: Мерси, пока!