|
Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее
|
За жизнь:: - Карамель
КарамельАвтор: Седнев Запиши на манжетах ветраВсе, что, будто бы, позабылось. Стань обрывком серого ретро Безо всяких шансов на милость. Убаюкай старую куклу, И души несвежей подушкой. Отними ненужную рухлядь, У какой-то там побирушки. Распластайся в чреве помойки, Приникая к терпким истокам Из отбросов чьей-то попойки. Истекай полуденным соком. Собери осколки покоя, По лугам и влажным долинам, Извивайся синей рекою. Отделяй свою половину. Разруби неспешную вечность Топором с зазубренным жалом. По опилкам приторно млечным Следуй в край, который начало А когда вернешься обратно Расплещи глазами улыбку, Чтоб по небу яркие пятна, Карамелью новой ошибки. Теги: ![]() -2
Комментарии
#0 12:44 20-05-2011mayor1
я так понял, что посылом к созданию был дым «опилок приторно млечных» Странные у вас опилки. это мрачно, Швейк. заразительно мрачно сумасошол Нелепо, слабо. строгая диета, да? что-то озаботилась резко душевным и физическим состоянием Швейка. карамель-то с привкусом дегтя и рвоты. ужос. да уж. дождались «чего-нибудь». нормальный стих Нерв. строчка про помойку как-то не очень В остальном понравилось топор с зазубренным жалом меня распилил? укусил? разрубил? мутант какой-то этот ваш топор Спасибо поблевавшим гг Непонятые публикой опилки это всего лишь опилки. И ничто иное. читать нада внемателно таг, примерно каг ранше на стреле, за базаром следили. Вот так вот и живём, бля… Собери осколки покоя, По лугам и влажным долинам — доставило, да. очень много всего — и блевотина, и опилки, и объедки… Луга и долины инородным телом кажутся. как из этой помойки может получиться карамель? тарабарщина невпечятлён . ОПИЛКИ... . Тёплый ветер смахнул манжетой Элегантно с ноздри соплю… Майской звёздною ночью этой Я сижу, как мудак, не сплю. Захотелось (до боли) пряных Вдруг молочных опилок изъесть. (Не какой-то там, нахуй, дряни!...) Только где же такие есть? Яндекс нем, партизанит Гуггол, Обратиться с вопросом к кому??? Вспомнил вдруг, что недавно с супругой Мы ходили в кафе Му-Му. Там у входа корова стояла Как же я позабыть-то мог??? Я вскочил отшвырнув одеяло И несвежей подушки комок. Нарядился в обрывки ретро – Серый с искрой напялил фрак, Котелок, галифе и гетры И попиздил во внешний мрак. Безо всяких шансов на милость Я попиздил пешком сквозь один. Из помоек воняла гнилость. Показалось Му-Му впереди. Непривычно мне было и страшно, Даже в жопе заёрзал кал. Я достал неебательский рашпиль, Под корову залез и стал Деревянное (думал) вымя Взад вперёд что есть сил пилять. А корова (ПИЗДА ЕЙ ИМЯ!!!) Оказалась из пластика, блять… Я попиздил пешком один. . бля… блеааа СШ выдал! класс! ржалъ замысловато рррргаф-гаф-гаф! да разбаньте уже Кабана, долго штото он в будке читал читал читал… и ничегоооооооо не понял… текст вошёл в мозг и благополучно вышел… ничего не осталось… че то мне сильно нравится Про терпкие истоки блять. Сильно похоже на раннюю Репринцеву. Еше свежачок Там под берцами травы
шелестели и никли, погибая под шинами летом в пыли. Почему это так? И зачем это было? Эти жухлые травы понимать не могли. Города разрушались от прилётов снарядов, отключений воды, от обстрелов дорог… На разбитом шоссе гнили старые танки....
О, лето.
Иду полями и кричу. С прекрасной вышины Рандомная ворона академически кидает Говна веселый шар. Останки трактора стоят. Ты жил, ты синим был, Ты оххутильно пирдел в полях, И в голове твой сидел обдолбанный, Упитый Емельян.... Не зло, а отсутствие добра. Не ненависть, а отсутствие любви. Вот дорога, она одна. Птицей смейся, или вепрем реви. Взращивая в себе неприятеля — Мельчаешь, ничтожишься. Или/или — знакомое множество. Любишь — значит, не имеешь вражды К чему бы то ни было.... Чем меньше в физике обертки от души,
Желаний быть, и зрения, и слуха, Тем трепетнее внутреннее ухо Ко всей несправедливости и лжи. Вы слышите, родные старики? – Ровесники моих загулов юных – Как гулкие в ночи июльской лУны Вибрируют под пальцами руки?...
Горское сказание В блаженные николаевские времена, когда горы Кавкасиони ещё не устали держать небо на своих каменных плечах, а реки, не стесняясь, текли молоком для людей храбрых и сердцем нечерствелых, — жил-был в долине, именуемой Алазань, мастер резьбы по живой плоти, единственный и неповторимый в своём роде мясник по имени Ражден.... |

