Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Палата №6:: - Proxima Estacion: Esperansa. Часть первая.

Proxima Estacion: Esperansa. Часть первая.

Автор: Дмитрий Перов
   [ принято к публикации 11:36  20-01-2012 | Шырвинтъ | Просмотров: 844]
Когда-то, уже давно, мне довелось прочесть два рассказа замечательного автора ~DiS~, повествующие об его пребывании в так называемом «Монаре» — реабилитационном центре для неблагополучных слоёв населения: наркоманов, алкоголиков, бомжей. Дело происходило в Польше. Описывал он быт, устройство и, вообще, людей с коими ему пришлось там столкнуться. Сразу хочу почтить память ~DiS(a)~, дело в том, если кто-то, вдруг, не знает, автор умер. Давно. Царство ему Небесное и светлая память. Талантливый был человек и весьма нелёгкой судьбы.

Его Памяти, собственно, и посвящаю свой рассказ.


У нас в России таких «Монаров» нет. Именно в том виде, который описывал ~DiS~, но зато есть огромное количество подобных Центров, более, так скажем, адаптированных к российским реалиям и российскому же менталитету. Их, как грибов в августе в лесу после дождя. Отличительной чертой всех этих Центров является глобальная завязка всего там на религии: Центры религиозные. В большинстве своём. И практически всегда полностью бесплатные, хотя есть и исключения. Евангелисты, Пятидесятники, Харизматы, Адвентисты Седьмого Дня, Баптисты – вот лишь малая часть всевозможных ответвлений христианской веры. И именно они и открывают по всей стране эти Центры. Попасть туда не сложно: нужно лишь желание. Желание завязать с прежней жизнью. Начать новую. Целиком и полностью отданную в руки Богу. Это, по-сути, и является главным условием и требованием в Центрах. Наряду с полным отказом от наркотиков, алкоголя и табака. Бранные слова – грех. Принимают всех. Абсолютно.

Живут в Центрах все вместе: мужчины, женщины, дети. Запрет на любые интимные отношения (кроме тех случаев, когда это муж и жена официальные). Мужчины все – братья. Женщины – сёстры. Именно так друг к другу и обращаются. Изучение Библии, работа над собой, постоянные коллективные молитвы, работа (которой очень много) по Центру – вот, собственно, так и живут. Спасаются. Реально спасаются. Ибо в мирской жизни их ждёт неминуемая смерть. Поверьте, я не утрирую – люди, попадающие туда, дошли уже в своей жизни до грани. Грани, в которой одна нога уже занесена над пропастью. Дальнейший путь только один – кладбище. Возможен ещё вариант, как лишь остановка временная, — тюрьма. Но не всем выпадает удача на ней сойти. Чаще – прямиком на кладбище. Без остановок.

И идут люди в Центр. Осознавая, что в противном случае просто сдохнут. Как собаки.

Есть такая испанско-французская группа «Manu Chao» и есть у них альбом: «Proxima Estacion: Esperansa», что в переводе с испанского или португальского, или, вообще, с эсперанто – не важно (я не силён в языках), означает: «Следующая остановка: Надежда». Вот именно Надеждой и являются для людей Центры. Бесприкрас.

Всё это было лирическим отступлением. Мой рассказ будет посвящён не такому Центру. Будет он посвящён секте «Преображение России». Лишь издалека имеющей отношение к Богу и, вообще, к спасению человека. Секте, в которой мне «посчастливилось» побывать. Впечатлениями, мыслями и просто объективной оценкой изнутри я и спешу с тобой, уважаемый читатель, поделиться. Встречайте.

Хотя, справедливости ради, нужно признать – кто-то и там спасается. Потому как альтернативы нет. Кому-то и там «Proxima Estacion: Esperansa». Жизнь – штука сложная. И иногда в ней не остаётся выбора.

* * *

«Преображение России».

Всегда особыми подлецами считались те, кто наживался на чужой беде.

Часть1.

Примерно в середине июля прошлого года я уволился с очередной шараги. Где работал, как, впрочем, и всегда почти, токарем. Получил достаточно неплохой расчёт плюс компенсацию за неиспользованный отпуск – вышло немало. Ну, и… запил. Тут же. Жил я тогда (не беря во внимание приходящих периодически блядей) один. Пил по-чёрному. Через пару недель я дошёл до кондиции, деньги, как обычно, все кончились, а часть попросту — проебал. В одно «прекрасное» утро я поплёлся к брату – хуй знает, зачем. Наверное, что бы просто не сидеть дома и, может быть, опохмелиться у него.

И вот тут-то меня и подстерегала хуйня. Брат, как-то неожиданно радушно меня принял, проводил на кухню. Я посетовал на плохое самочувствие, попросил его денег «на выпить». Опять же, на моё удивление, он без лишних разговоров и вопросов-упрёков дал мне денег, сказав при этом: «Иди в магазин, но обязательно возвращайся. Есть разговор». Сходив, я вернулся к нему. Во-первых, мне было скучно одному дома пить. Во-вторых, с ним я мог поговорить. Ну, и, в-третьих, его «есть разговор» меня, признаться, заинтриговал. Эх, знал бы я, чем всё кончится – никогда бы в то утро не поплёлся к нему.

Сидели на кухне. Я выпивал. Достаточно быстро захмелел. Братан, видя, что я уже готов для обработки, начал прямо: «Есть Центр. Для таких вот непутёвых и заблудших. Давай, Митяня, езжай туда. Я уже и договорился. Дело за малым – позвонить и они прямо сюда приедут и увезут тебя. Хули тебе терять? – Работы сейчас нет, живёшь один, пьёшь, как сволочь, и катишься в пропасть». Вобщем, спокойно, но достаточно настойчиво уговаривал меня ехать. Учитывая факт того, что я был уже навеселе (около полбутылки выпил и рассчитывал допить ещё остатки, да и взять напоследок ещё флян — разумеется), факт того, что про Центры я знал не понаслышке (сам бывал там, многие знакомые мои бывали), я согласился. Ведь я был уверен, что поеду именно в такой Центр. Один из тех, что я упоминал в предисловии. Справедливости ради должен заметить, что брат ни сном, ни духом и не подозревал, в какую секту меня сплавляет. Он так же был уверен, что это – тот самый Центр.

Допив остатки водки, я уговорил брата, мотивируя это тем, что напоследок сам Бог велел, сбегать ещё за пузырём. Он сходил. Выпив ещё с полбутылки и плотно закусив, я сказал: «Поехали!». Позвонили. Буквально через полчаса приехала белая «Волга» с некто Алексеем и, как я понял впоследствии, его женой. Впопыхах и давясь, я выпил ещё немного. Запихал остатки водки за ремень, простился с братом, покурил в туалете и… пошёл с этим Алексеем. Уже в машине он мне сказал, что едем мы в Иркутск. А это, надо сказать, около пятидесяти километров от моего родного города Ангарска. Я сидел на заднем сидении, периодически прикладывался к бутылке, часто просил по дороге остановиться: покурить, поссать, купить мне воды. А примерно на середине пути я попросту вырубился (был ведь пьян уже, как фортепьян).

Очнулся (а точнее – разбудили) уже в Иркутске, когда приехали в так называемый офис «Преображения России». Допив в машине остатки водки, я вылез. Уговорил Алексея позволить мне закурить напоследок сигарету (ведь в Центре курение – табу). Был я ещё пьян и перспективы, вобщем-то, казались мне радужными. «В конце концов!» — думал я, помня свой опыт пребывания в реабилитационном Центре от церкви «Благословение», — «не понравится – уйду в любой момент! Благо – до Ангарска не так далеко». Я очень заблуждался.

«Офис» представлял собой трёхкомнатную квартиру в самом центре Иркутска. Сразу же поразило огромное количество народу, находившегося там. Во всех комнатах, на кухне сидели люди, громко разговаривали, спорили, что-то обсуждали. Носились, как угорелые. Помню, на что я сразу обратил внимание, и что бросилось в глаза: все разговоры (если их можно так назвать, скорее – крики и ругань) протекали в каком-то агрессивном ключе. Кто-то кого-то постоянно поучал, наставлял, унижал. Что, в корне расходилось с моими представлениями, надо сказать, основанными на личном опыте о Центрах. Где всегда миролюбивая, добрая обстановка и атмосфера. Я был пьян, и поэтому размышлять и анализировать просто не мог, а поспешил поскорее добраться до свободной кровати и упасть спать. Что, собственно, и сделал.

Проспал до самого вечера, как убитый – всё-таки литр водки на старые дрожжи сделал своё дело. Проснулся с ещё более ужасного похмелья и всё от тех же криков и ругани. Кто-то кого-то в коридоре отчитывал за курение, а потом послышались хлёсткие удары по морде. Всё это настолько меня шокировало, что я тут же (ещё лёжа на кровати) начал подумывать о том, что хорошо бы свалить. И незамедлительно.

Я сходил на кухню, попил воды. Аццке хотелось курить. Посидел за столом. Там крутилась девушка. Какое-то время я тупо смотрел на неё, пытаясь вспомнить. Потом осенило: с ней я лежал года за два до этого в Наркологии у нас в Ангарске. Корвалольщица. Есть, поверьте, и такие. К тому же она бывшая следовательница. Мусаришка, короче. Аня. Премерзкая и злая бабёнка, которую я запомнил благодаря одному случаю в курилке там, в Наркологии: она сидела с каким-то хуем. Курили. Одну на двоих. Зашёл я. Тоже закурил. Они беседовали. Разговор касался ВИЧ-инфецированных. Она заявляла своему приятелю: «Да нелюди они все! Сами виноваты. Ненавижу их. Срать бы рядом не села». Он, ещё пару раз затянулся, и передал сигарету ей. Подождал, пока она тоже затянется, и сказал: «Срать не села бы? Пиздишь. Ты вот щас сидишь с вичёвым и ещё куришь после него». Эта дура подскочила, и начала реально блевать в ведро, использовавшееся, как пепельница. Он встал и врезал ей смачный подсрачник. Вышел. А мне вообще было поебать. Мне было плохо.

Аня эта, как позже выяснилось, жила в «офисе» и заведовала там кухней. Вообще, женщины в «Преображении» исключительно по кухне заняты. Ну, и по хозяйству.

Я вышел из кухни. В коридоре стояла толпа. Подойдя к ним, сказал: «Я проспался. Пойду я, типа. Не нравится мне у вас».

- Да ты ахуел что ли?! – какой-то тип мне ответил, — Ты теперь, дружок, никуда не пойдёшь – будешь жить тут. Иди в комнату и сиди тихо. Приедет Главный – решит, что с тобой делать и куда тебя направить.

- Вы что, ребята? Не хочу я сидеть тут. Всё. Я пошёл домой.

- Пошёл в комнату! – рявкнули уже хором несколько человек. И тут же я получил заебательский такой удар под дых, сложился пополам. Один из этих уродов схватил меня за руку и потащил в комнату. Отчего оторвал нахуй рукав на рубашке и все пуговицы.

В комнате кроме меня были двое: спала баба, и сидел на кровати парень со стеклянными глазами. «Раскумаренный» — подумал я. Так и было.

- Что, уйти хотел? – начал он. – Ага. Я вот тоже две недели назад ушёл. Поймали, скоты. И сюда отправили. Только что с вокзала.

- Ты не местный разве?

- Кемеровская область. А тебя, вероятно, туда отправят, – усмехнулся он.


Хотя в глазах у него не было не иронии, не сарказма. А была лишь боль, пустота и безысходность.

– Они всегда подальше увозят. Во-первых, чтоб не съебались, а, во-вторых, на чужбине проще манипулировать человеком и заставлять работать – деваться некуда, документов-денег нет. Куда ты тут попрёшься? Ты, братуха, ещё не понял, в какое болото попал. Добрый совет тебе: сиди тихо, присматривайся. Двенадцать дней у тебя есть. Отходи. Я вижу, ты с похмелья жуткого? – есть у меня одеколон в сумке. Будешь?

- Буду. – Не раздумывая, ответил я. – Дима.

- Женя.

Пожали друг другу руки. Пока он рылся в своей большой дорожной сумке, я по-тихой грусти охуевал. М-да. Угораздило меня попасть в какую-то секту. Сомнений, что это именно секта уже не было.

- На, Димас. – Женя протянул мне «Русский лес». – Жертвую, можно сказать. Гыыы! На твоё благо. Только, смотри, аккуратно. Не спались. А то оба щас ещё пиздюлей выхватим. Меня, когда поймали там – так отпиздили! Яебу!

Я сходил на кухню и попросил у Ани банку с водой, сказав, что сушняк. Она дала и предложила пожрать. Ссылаясь на отсутствие аппетита, я отказался. Поблагодарил её и вернулся в комнату. В кухне, посмотрев на часы, я узнал: время — семь часов вечера.

Потихоньку отпивая одеколон, я разговаривал с Женей. Он рассказал мне о структуре секты, о том, чем она занимается, кто за всем этим стоит и прочие подробности. Через какое-то время зашла Аня и попросила меня снять рубашку: «Давай. Зашью пока». Женя тем временем достал из сумки футболку и дал мне.

За всё время его рассказов я охуел ещё больше.

Что я имел? Двенадцать дней меня никто не будет трогать (работа, доёбки и прочее) – это типа «золотой срок». За него к новому пассажиру присматриваются – на что он способен, на что сгодится и, если годится, куда его отправить. «За двенадцать-то дней я этим хуеплётам пыль в глаза пущу. И съебусь. Или я – не я. И не из таких передряг выбирался». Есть замечательное правило: в сложных ситуациях, экстремальных «меньше говори, больше слушай», соглашайся со всем – тоже лучше молча. Постепенно, чувствуя доверие, проявляй инициативу. Это обеспечит тебе и относительно спокойную жизнь, и даст возможность выждать момент для каких-либо решительных действий. Какими они будут – зависит от конкретной ситуации. В данной ситуации моей задачей было – за двенадцать дней съебаться. Иначе – отправят к чёрту на кулички. Откуда убежать будет намного проблематичнее.

Между тем на улице стемнело. Пришла Аня и принесла рубашку – как новая. Через какое-то время приехал Главный. Собрал всех в большой комнате, познакомился с новенькими. А нас, как оказалось, было человек семь таких. Пять парней и две девушки. Спросил меня:

- Ну, что? Как самочувствие, как настроение?

- Хреново очень. Но настроен решительно – спасаться буду. Хватит пить и мозги ебать. Только вот боюсь — белка бы меня не хватанула – сна нет, похмелье жуткое. – Решил я гнуть ранее намеченный план. – Мне бы снотворных и дней семь-десять в себя прийти.

- Будут тебе, Дима, снотворные. Отлёживайся и приходи в себя.

- А теперь все вновь прибывшие, за исключением тебя, — он указал пальцем на Женю, — собирайтесь – поедем в «Коттедж». Будете там жить.

- А как же я? – спросил Женя. – Тут останусь жить?

- Тебя завтра отвезём. Ты щас устряпанный. Не стоит там людей на шкуроход ставить. Сам понимаешь.

- Да, конечно, я понимаю.

Продолжение следует.


Теги:





2


Комментарии

#0 13:11  20-01-2012Чёрный Куб.    
заебок. давай дальше.
#1 13:23  20-01-2012Шева    
Читал. Хорошая штука.
#2 14:52  20-01-2012Яблочный Спас    
Отличный текст

автор не может не радовать серьезным подходом
#3 14:59  20-01-2012Sgt.Pecker    
Интересно но в корвалольщиц я что-то не верю. Клофелинщицы бывают.
#4 16:17  20-01-2012Sgt.Pecker    
и ридак какой-то странный и не Питон и не Удав и не Рокко Сифреди и не Таня Геворкян даже не Тина Канделаки
#5 17:01  20-01-2012Голем    
классно, хуйарь дальше
был в таком Центре под Питером (устроенном под эгидою церкви харизматов), но только как посетитель гг
#6 17:14  20-01-2012Sgt.Pecker    
А есть в Питере Церковь нумизматов?
#7 17:23  20-01-2012Игорь Пластилинов    
блять, Ману Чао охуителен, его концерт из Парижу, где он на стадионе 80 тыс народу собрал до сих пор пересматриваю.
а вапще да, рассказывай дальше, что там было то?
#8 17:35  20-01-2012castingbyme*    
да, интересно.
#9 17:35  20-01-2012Рыцарь Третьего Уровня    
хм, жду продолжения. очень интересно
#10 18:00  20-01-2012Гриша Рубероид    
тоже жду.
#11 18:08  20-01-2012Голем    
Сержант, фпитере есть филиал московского прихода ебанатов седьмого дня
#12 18:20  20-01-2012Sgt.Pecker    
да, тут тоже есть фанаты зенита.
Sgt.Pecker, Москва,20 января 2012 года.
#13 19:33  20-01-2012мараторий    
ааггааг… аутор такой камичнай еблан пиздец…
#14 19:33  20-01-2012мараторий    
ваще все торчекознеке камичнае…
#15 22:45  20-01-2012дважды Гумберт    
хорошо пошло, жаль что мало
#16 22:50  20-01-2012дважды Гумберт    
Пеккер не фкурсе что у нас все бабки на карвалоле сидят. хряпнут фуфрик и сериалы смотрят. стоит чота копейки
#17 05:41  21-01-2012Дмитрий Перов    
Благодарю всех премного. Сегодня засылаю вторую часть.
#18 20:16  21-01-2012Rust    
хорошо
#19 15:12  03-03-2012Сёма Вафлин    
прошел по ссылочке, не пожалел, это хорошо написано. реально.
#20 01:28  22-03-2015    
О, бля.. ~DiS~,а я помню.. дохуя чо у него читал. особенно про кошачий винт вштырило, классный был рассказ.. если есть для наркоманов царство небесное - пусть ему будет.

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
08:27  04-12-2016
: [14] [Палата №6]
Пропитался тобой я,
- Русь,
Выпиваю, в руке
- Груздь,
Такой грязный,
Но соль в нем есть.
Моя родина разная,
Что пиздец.
Только грязью
Не надо срать
Что, мол, блядям там
Благодать.
В колее моей черной
- Куст.
Вырос, сцуко,
И похуй грусть....
09:15  30-11-2016
: [62] [Палата №6]
Волоокая Ольга
удаленным лицом
смотрит длинно и долго
за счастливым концом.

Вол остался без ок,
без окон и дверей.
Ольга зрит ему в бок
наблюденьем корней.

Наблюдением зрит,
уделённым лицом.
Вол ушел из орбит....
23:12  29-11-2016
: [10] [Палата №6]
Я снимаю очередной пустой холст. Белое полотно, на котором лишь моя подпись, выведенная угольным карандашом. На натянутой плотной ткани должны были быть цветы акации.
На картине чуть раньше, вчерашней, над моей подписью должны были плавать золотые рыбы с крючками во рту....
Старуха варит жабу, а мы поём. Хорошо споём – получим свою долю, споём так себе – изгнаны будем в лес. Таковы обычные условия. И вот мы стараемся. Старуха говорит, надо душу свою вкладывать. А где ж нынче возьмёшь такое? Её и раньше-то днём с огнём, а теперь и подавно....
Давило солнце жидкий свой лимон
На белое пространство ледяное.
Моих надежд наивный покемон
Стоял к ловцу коварному спиною..

Плелись сомы усищами в реке,
Подёрнутой ледовою кашицей.
Моих тревог прессованный брикет
Упорно не хотел на них крошиться....