МОРАНА

Автор: Трезвый Сантехник Ноябрь.

Выцветший, слезящийся от дряхлости и облысевший ноябрь. Вместо неба – серое марево. Мокрые ветви без листвы – черные трещины на фоне бесцветного неба.

Небо в трещинах. Черные трещины на сером.

В лужах, в отражении окон, в лобовом стекле проезжающей рядом машины – трещины и прожилки. И даже в глазах встречного. И на трещинах-прожилках безобразные кляксы – силуэты ворон. Тоже черные, как провалы глазниц в черепе.

И дня уже нет. День – это длящиеся сумерки. Природа потихоньку начинает коченеть в этих тоскливых сумерках, и уже почти готова укрыться саваном из снега.

Кастанедовский дон Хуан утверждал, что сумерки – это трещина между мирами. В межсезонье, приблизительно в конце октября, начале ноября и в феврале – марте, как правило, статистический пик смертей...

Это Морана, или, как ее еще называют, Морена, богиня смерти, вычесывает человечество волшебным гребнем. Во тьме ночи бродят под окнами ее слуги – Мары, с собственными головами в подмышках. Голову эти шевелят тонкими губами — беззвучно шепчут. Они зовут тех, кому уже нечем цепляться за этот мир, чьи дела завершены, уходящих налегке. Мары шепчут имена, стоя под окнами, когда все спят, и того, чье имя они произносят, наутро в постели обнаруживают бездыханным. Этих путников можно узнать по особому взгляду, по заторможенной речи, необычной умиротворенности.

Знаю немало случаев, когда за пару дней до ухода возвращали давно забытые долги…

Рвутся бесчисленные нити, соединяющие их с миром, лопаются постепенно, одна за другой.
Те же, кто цепляется, уходят мучительно.

Мне известен только один способ справиться с Мореной – всегда помнить о ней. Помнить, когда просыпаешься и когда засыпаешь. Помнить, что ПОТОМ может и не быть. Никогда не знаешь, что ждет тебя за поворотом в следующую секунду. Помнить, что встреча, в конце концов, неизбежна. Помнить, что ПОТОМ – ЭТО СЕЙЧАС.