Важное
Разделы
Поиск в креативах


Прочее

Палата №6:: - Восход Луны

Восход Луны

Автор: Ромка Кактус
   [ принято к публикации 09:40  13-07-2019 | Антон Чижов | Просмотров: 352]
С улицы Альбина притащила вместо заморских яств гомункула. Гомункул, голый совершенно, более, нежели античный мрамор, сидел в своём уголке и улыбался робко и застенчиво, как двухлетний на сцене анатомического театра. Потом он освоился и начал дристать, да так неудержимо, что Аркадий впервые в жизни задумался о чистоте дома. Пространство, без того слишком ничтожное, чтоб его описывать, сужалось вокруг хлещущей клоаки, но и теперь оставалось место, чтоб расхаживать с недовольно-озабоченным видом и ронять пепел на прожженные в трёх местах треники.

— Альбина, ну вот нахуя? На-ху-я?? Непостижимая загадочность женского сердца в глубинах русской хтони откопала вместо заморских яств… что? Что, блядь, это такое?

Но Альбина молчала, уткнувшись бледным лбом в экран ноутбука, подсвеченный изнутри свечой. Образ Сергия Радонежского, выполненный в манере пиксель-арта, созданный в одном из трипов и прикнопленный к стене, визуально дополнял голову Альбины своим облепиховым нимбом. Двухмерное и трёхмерное слилось, засопело, вечно бушующее в безмерном сострадании, и волны тошноты сокрушили Аркадия, так, что он осел на пол, подавленно немотствуя отверзыми устами о горечи сокровенного.

Альбина же удалилась в уборную. С прошлой пятницы ни росинки в клюве. Семь минут боролась с соблазном отколупать плесень, растущую по шву между плиткой, и пожрать. Коленки, трясущиеся по инерции, заданной первым оборотом Вселенной вокруг своей оси — Вселенная живёт в старой советской стиральной машине, дрожащей от изумления чудом на кафельном полу в далёком несбыточном детстве, которого никогда не было, очнись, Альбина, ты вожделеешь. Альбина трижды вымыла промежность дегтярным мылом, и ей стало проще. Проще. Ха-ха. Проще.

Альбина вспомнила, как красиво обещал Аркадий, что у них ничего не получится. Ничего у них получилось с самой большой буквы. И теперь было бы правильно назвать гомункула, притащенного с улицы, Ничего. Альбина вставила в рот ножницы, зажмурилась и перерубила язык, воткнула железо глубже в глотку и, захлёбываясь кровью, вспоминала, как красивы были предвестники бури, севшие на мель на набережной Финского залива. Ничего. Никогда. Ладно.

Аркадий осовело межевался, дробя свою личину на сознательные и бессознательные компоненты. Он состоял теперь из трёх разновеликих кубов, наполненных мочой и говном и тайным способом их коммуникации. Когда говно преобладало в Аркадии над мочой, он делался циником, когда же наоборот, он делался наоборот.

— Ты ещё что? — вымолвил Аркадий, продолжая внутренне состязание, а потому неопределённый.

Между коричневым и жёлтым Аркадий вдруг побагровел, поднялся до небес, но больно ударился плюшевым черепом о люстру, а потому лёг на пол, где и полагается пребывать двуногому прямоходящему с плоскими ногтями до тех пор, пока не отрастит крылья и лазерные очи.

Гомункул улыбнулся. Он даже на мгновенье перестал дристать.

— Хочешь мультики? — спросил Аркадий.

Гомункул, сам ты, блядь, гомункул, русское Ничто, уставился в телевизор. Телевизор уставился в него. Тридцать три года шла реклама русских ценностей, которые можно за бесценок купить на китайском рынке. Поседевший от благости Аркадий наконец изрёк:

— Всё, я понял! Подлинная жизнь протекает по ту сторону экрана, где за рубль можно купить половину мира, а всё, что здесь, хуйня и симулякр — происки либеральной мрази!

Аркадий поднял гомункула на руки и вынес на свежий воздух. Свежий воздух выдавали по талонам, но Аркадий встал на цыпочки и на пуантах вышел за флажки. Ворованного воздуха хватило как раз доехать до Финского залива. Там Аркадий прижал гомункула к синеющим губам и в лоб ему прорёк:

— Сын, бля! У меня, бля, сын!

И хотя у гомункула не было никаких гениталий, так как гениталии — это социальный конструкт, выдуманный репрессивным патриархатом, чтобы угнетать всех подряд, он кивнул головой или, может быть, так умер.

Луна поднималась в небе, завещая худосочную романтику тем, у кого на это достанет сил и времени.


Теги:





3


Комментарии

#0 12:37  13-07-2019гандон на всю голову    
Луна - это хорошо.

#1 13:35  13-07-2019Шева    
Про /кубы/ понравилось. Да и концовка неплоха.
#2 14:33  13-07-2019Гриша Рубероид    
живенько
#3 14:37  13-07-2019mayor1     
хорошо
#4 17:04  13-07-2019forever8pus    
самолет из соломы, ток про наобороты охуенно
#5 09:12  16-07-2019зиндан    
Шыкарный песдетс как он должен быть! Изумительный слог ибущий смысловую нагрузку. Гомункул тут самый бэстовый из всех каких я встречал на жызненном пути. Была бы у меня конфета - я бы ему сразу оддал вместе с фантеком. Все плюсы и звёзды. Пешы много и истчо.

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
17:14  19-05-2020
: [13] [Палата №6]
За окном гремела гроза, как недовольная Тамара на кухне посудой. Солнце выглядывало из-за угла. Вечер наступал полудню на пятки.

Степа, поругавшись с Тамарой, вышел с мусорным ведром за хлебом и отправился в магазин купить санки. Было лето.
Тамара выкинула посуду в окно, гроза прекратилась....
14:17  19-05-2020
: [51] [Палата №6]
С лицом "как будто так и надо"
По-свойски в комнату мою
Вошла июньская прохлада...
Луна, по цвету на хурму

Азербайджанскую похожа
В щербатый стёрлась полукруг.
Тревожным шорохом в прихожей
Затих метнувшийся испуг....
22:54  15-05-2020
: [16] [Палата №6]

Двери открываются. Слышны шаги. Цокающие женские каблучки. Шаги ровные, скорые как у породистой скаковой лошади. Шаги приближаются. Страшно и одновременно интересно. От страха нельзя оторваться.

Два человека в комнате. На двоих одна перьевая подушка, разорванная в клочья....
01:24  15-05-2020
: [45] [Палата №6]
Вечер в миноре под тяжестью неба,
нюни развесил унылый божок,
старый асфальт пахнет лесом и тленом,
свет фонарей слишком жёлт и глубок.
На бок легла тишина у порога
(щурит один фиолетовый глаз),
олеум ветреный щиплет свободой
души, ушедшие в северный храм....
00.
Ранних журавлей трепет.
Обнимай.
После будет жарко -
целуй, камлай.
Сам себе гончий -
загрызу
своё Я,
идущее на грозу.

01.
Вера времени превратит в пыль
нас, таких дохлых в этот сумбурный час.
Мускулы стрелок....