Глубокая женщина

Автор: отец Онаний Николай характеризовал Веронику как: «ну, очень глубокая женщина». О большем Николай не распространялся. При этом встречался «с очень глубокой женщиной» он регулярно. А именно каждые выходные. Чтобы потом в понедельник непременно со вздохом сказать кому-нибудь из сослуживцев: «ну очень глубокая женщина».

Каждый из коллег понимал по-своему высказывание Николая. То есть в меру своей испорченности. Но в душу сотоварища не лез. Потому что в их коллективе это было не принято. Да, представьте себе, такой вот порядочный коллектив.

С понедельника и до обеда пятницы Николай работал, не поднимая головы. Он был обычным бухгалтером, хотя и редким в этой профессии мужчиной. А вот в пятницу после обеда лицо Николая озаряла шальная улыбка. Он сверкал. Потому что уже вечером ему предстояло идти к «очень глубокой женщине».

Что же касается самой главной героини сего повествования, то по профессии Вероника была продавцом. И по специфике своей работы могла разглядеть в любом человеке истинную природу его намерений; легко распознавала жуликов и мошенников, и ко всему в жизни относилась очень серьезно. Особенно к взвешиванию товара и его переводу в денежные единицы.

Свела же судьба Николая и Веронику на рынке. Ну а где еще. Николай придирчиво выбирал кости на суп, а Вероника старательно пыталась продать ему еще и вырезку. Но сошлись они на другом. Сложные личности бьются лбами, аж искры летят. Так торговля переросла в нечто большее, приняла глубинный смысл. И теперь все выходные Вероника и Николай проводили в разговорах об этом смысле. А вовсе не занимались тем, о чем вы подумали. Глубокая женщина Вероника была не по рыночному начитана, что производило на Николая эффект заклинателя змей.

Теперь каждое утро понедельника для Николая было абстиненцией после двух дней с рыночной Шахерезадой. Понимая, что следующие пять дней он проведет уткнувшись носом в дебет, чтобы свести с ним кредит, Николай тосковал. Но вида не подавал. И лишь перед коллегами распушив павлиний хвост любил приговаривать: «ну, очень глубокая женщина!». Пусть завидуют в меру своей испорченности.