|
Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее
|
Про любовь:: - Рождественское
РождественскоеАвтор: diagnose
[ принято к публикации 13:26 09-01-2020 | Лев Рыжков | Просмотров: 1118]Пахнущая пряными травами За окном ночь звездами полная. Странная ночь, странная. Губы красные от помады Целуют небрежно, вскользь, в щеку Во рту сухость от молчаливой бравады Хочется крикнуть, а толку? Сядешь на диван мой испорченный, Бросишь пару слов, как подачку «Я вас не люблю, все кончено». Сказала, выплюнула Как жвачку. И ушла. Оставив звонкое одиночество И шлейф от пряного аромата Забыв меня, мое имя и отчество Как могилу неизвестного миру Солдата. Ночь на звезды зимой расщедрилась, Небо чистое как из мрамора Мысли путаются тонут в вечности. Странная ночь, странная. Теги:  -8 
Комментарии
#0 13:26 09-01-2020Лев Рыжков
Неплохо, как по мне. отличная лирика, прям пестня хуйня-с Сраная моя, сраная, Не садись на рваный диван. Эта ночь у нас странная — Йоды заходил Падаван. Руки у него синие, Морда — это просто пиздец. Мы теперь уже не красивые. Порезвился знатно, Стервец. Поздно мы с тобой поняли. Что писать не стоит хуйни. Дальше будем жить понями, Опасаясь слова: Гони! Чёта не сложил пазл. Еше свежачок
В небеса параболы любви
Бьют дугой из тесного ущелья. Расползлись по сердцу змеи-швы, Пить сорокаградусное зелье. Я сорвался в сорок первый раз. «Пораженье было очевидно. Радуга не горы, скалолаз. – Говорит мне тот, кого не видно.... Ты мой птенец, котëночек и пупсик.
Храню тебя, как птичку, на груди. От красоты твоей тащусь и прусь я. Приди ко мне в объятия, приди! Люблю тебя, как эскимо в день летний, Зимой с корицею горячий грог, С картошкой жареной говяжую котлету....
Занавесить сны снегом
и попробовать улыбнуться. Её поцелуи - изморозью на стекле пишут: заткнись, лежи, не пытайся проснуться. Встретимся в ёбаном феврале. Ты будешь диким, иссохшим и мрачным. Я буду в секонде мерить юбки. Я твою ду́... Они жили в этом чувстве. Жили друг в друге. Жили друг для друга. Радовались, смеялись, грустили, переживали, строили планы. Он смотрел ей в глаза и понимал что отдаст за неё всё что угодно. Даже собственную жизнь. Только чтобы уберечь её от всех невзгод, ото всего плохого на этой земле....
О междуножье, междуножье —
ты меня манишь, аль манИшь опять туда, по бездорожью, где мандавошки злые лишь; туда, где триппера туманы тяжёлым маревом висят; туда, где высохли фонтаны, когда мадам’с за пятьдесят! Опасен тот поход бывает — на то он, други, и поход!... |
