|
Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее
|
Все тексты
Я, наверно, давно бы сдохла,
Если б Вы не дарили мне Розы цвета варёной свёклы, Конопатые лилии, Пластилиновые тюльпаны, Хризантемы лядащие, Нарушая тем самым планы По отбытию к пращурам. Расставляю букеты в вазы И терзаюсь сомнением: Ведь нельзя ж помереть так сразу, На глазах у растениев.... «Здесь мы должны свернуть, хоть это и более длинный путь» - говорит Маша – «Дальше - стройка, охраняемая собаками. Кто знает, что у них на уме». Отрицательно качаю головой: «Нет, собак я не боюсь. К тому же я вооружён, а тут какой-то особенный свет. Я хочу пойти этой дорогой»....
Соблюдая приличия, очень просто скрываться - за внешним безразличием и явным стремлением к карьерному росту. За отсутствием личного интереса, Категорическим неприятием всего того, что может воспрепятствовать общему прогрессу или затормозить его.... Смерть — этой пьесы интрига,
Роль её вряд ли ясна, С самого первого мига Жизнь мне ломает она Вижу опавшие блёстки Грима сокрывшего тлен, И выхожу на подмостки Дрожь ощущая колен. В голосе мало напора, Страх запечатал уста, Чёрная будка суфлёра Тут неизменно пуста И запустить в лицедея Некому даже яйцом, Все разбежались, не смея Встретиться с действа концом....
Этим летом я вышла замуж. В техническом смысле я была девственницей, но невинной меня нельзя было назвать. Мы с суженым занимались суровым петтингом, результатом которого были постоянно распухшие верхние и нижние губы и натёртый до болезненной чувствительности клитор, что придавало некую пикантность моей походке....
Впервые мы встретились, когда мне было четырнадцать.
Встретились мельком, не произведя друг на друга абсолютно никакого впечатления. Обычная встреча, каких сотни, тысячи - быстрых, ничего не значащих, не оставляющих ни следов в сознании, ни истомы в памяти.... Бабкоскопия
(Ностальгический дивертисмент в трех бабках, с похищением и неожиданной развязкой) Персонажи. Петя Орлов – 35-45 лет. Амбициозный режиссер-неудачник, который вот уже много лет пытается пробить телепроект по мотивам своей биографии....
Юрка упал с Олимпа
Длинный отличался парадоксальным мышлением, порой удивляя учителей неожиданными идеями. Они пытались приспособить его талант к школьным нуждам. Так Юрку отправляли на олимпиаду по математике, но он там решал задачи, которые были интересны ему, а не те, что давались в качестве задания.... Я хотел покончить собой
Жизнь жестока идет волной… Нету дома, хаты нет Где ты? Где ты мой пистолет? Последний вздох на краешке обрыва Сижу свесив ножки игриво Болтаю ,думаю как упасть вниз И слезы затекают в нефритовый бриз И вот вроде бы падаю, Но подходит она Девушка из мира где суициду хана Она мне по фени Ты что дурной Лучше переспи со мной… Изгиб грудей, губы, сережки Я вздохнул по мужски Мы лежим на точке- Наших без телесных краев, выведи свою мамашку старую
из сарая, где не раз с отцом вместе вы её да напропАлую мучили, злодеи, огурцом. . где, в кружок усевшись, за сараем вы поебом, с восхода до зари, делали макаке своей жарево всем семейством грязным до поры: ....
Уже потом, оттаивая от злоключений и анализируя последствия котастрофы, Ищенко пришёл к выводу, что всё началось в тот злополучный миг, когда к нему на остановке подошёл замызганный цыганчонок и сказал, ковыряясь в носу: «Чуешь, Кирилло, щось у мене хуйчiк болить, - давай я тебе трошкi поiбу?...
Я сограждане фигею
Справедливость, правда где? Тут на днях, простите, геем Оказался Депардье! Тот, кого взасос любила И жалела вся страна Выясняется – педрила А не арт-величина Если кто еще не в теме Этот новогражданин Как-то раз не перед теми Что-то вынул из штанин Мы ему квартиру, дачу Паспорт, службу и бабос Ну а он нам (чуть не плачу) Гомосятину завёз....
вечерами в нашей зловещей обители становится теплее чем по утрам
уверен это уже хотя бы что-нибудь да значит.. ты говоришь тут будет охуенно а я говорю что – там хотя нам в принципе не так уж и плохо здесь не считая того что этот мир – пропащий.... Нависнув над раздвинутым столом,
он грозно хмурил брови и молчал зловеще. Тремя досками - клетчатый картон. Крутился рядом я и правильные вещи, казалось, говорил, ломая обертон, в пылу, в огне, в задоре удалом. - Ну вот же, явно очевиден ход: пожертвовать, но после будет дамка, а тут вот надо есть, иначе - за фука!...
Хотя Орехов и назывался городом, но здание его железнодорожной станции больше смахивало на привокзальный сортир вокзала очень провинциального и далекого от столицы, как раньше говаривали, уездного городка.
Войдя в пустынное и холодное здание вокзала и сделав классическое резюме, - Да, это не айс, это не Рио-де-Жанейро!...
(Пелевин В. О. Любовь к трем цукербринам. — М.: Эксмо, 2014. — 448 с. — (Единственный и неповторимый. Виктор Пелевин).
Полтора года назад по нуждам службы я перечитал пелевинский «Generation П» и подумал: а че я его не читаю-то, ни одного романа после «GП»?...
Юрок становится космонавтом
Когда мы перешли в шестой класс, то у пацанов буквально началось поветрие: многие занялись авиамоделированием, а мы с Юркой решили делать ракеты. Записались в кружок юного техника. Длинный сказал, что произведем сразу десять моделей....
Была ночь, была улица и был безжалостный лунный свет. На ветке дерева сидел голый человек, и обхватив колени плакал. Звук его голоса жалобный и тихий, раздражающе звучал в ночи. Спутанные волосы закрывали лицо. Я шел мимо, когда его увидал.
- Эй, ты чего плачешь?... Глаз не смыкая, смотрел в потолок каюты,
самозабвенно боролся с рвотными спазмами и представлял, как мыши ныряют с юта. Ругался в бреду словами самыми грязными. - Что, кэп, морская болезнь? Сельдью консервной плавал в собственном, сука, соку - одиночество....
Если сильно не выебываться, то может и выживу. Я сижу во вдавленной в задний бампер крузака таврии, и пальцы нервно пляшут на руле. Только не ссать, только не ссать. Пока все хорошо. Из крузака еще никто не вышел, и жизнь продолжается. Только не ссать, только не ссать....
|
