Все тексты

Мордой-тортом без налёта мыслелязга
Разбавляешь городские лица-маски.
Маски: броски, однотипны, однолживы.
А под ними — жизнью сжатые пружины;
Сбились в стаи, мир лелея скрытый, пёстрый.
Скинуть маску – что принять маньяку постриг....

Бабушка любит вспоминать о прошлом.
Бывает, только спросишь, как было раньше, только намекнёшь, и бабушка без оглядки нырнёт в прошлое. В свое прошлое. И пусть что-то стёрлось из памяти, а что-то наслоилось на воспоминания, пусть. Пусть даже что-то было и не совсем так, это не столь важно....

Небитый ходит по битому.
Я сплю дергано.
Во внутренних органах
Отдается
Поезда та-та-та-та.
От сердца до донышка живота
Темень.
Я еле-еле
Еду-еду
Из точки над ё в точку над ё.
Это моё.
Это моё.
И тут она говорит – любимый
Вагон шесть, шестой....

Снова ветра распахнули объятья створок,
видно, за окнами, в серых домах — люди.
Больше того, можно предположить, что город
этих людей, что в улитках-домах, любит.
Странно-то как, только в ракушку дунет Шива,
всё распадётся на части – поди-ка вспомни,
был этот город когда-то, и ты в нём жил ли,
впрочем, а если и жил, вспоминал о том ли?...

Сколько сало не хавай – а выше хуя не прыгнешь.

Меткое наблюдение


В общем, секс, секс беспощадный, умопомрачительный, членовредительный, от которого глаза сводит к переносице, секутся волосы, пальцы ломает судорога, хрустят скулы, потеют зубы, пересыхает внутрях, хочется пролепетать «сэнкс тебе, боженька, за секс!...

Глава 9

На этом месте я прерываю увлекательное чтение. Не по своей воле. Я слышу лающие звуки автомобильного мотора и скрип тормозов. Уже догадываясь, что это штучки Карла, я поворачиваю голову и вижу сверкающее лаком и никелем моторизованное чудовище с открытым верхом....

Я снова был у жизни на пиру:
бледнел никчёмной плотью день вчерашний,
мир затекал стремительно в дыру
под жестью юбки Эйфелевой башни;

а воздух пах цветами и винцом;
день целился и бил прямой наводкой;
графиня с перекошенным лицом
жевала стейк и запивала водкой....

Тут ведь какое дело, смерть, она ведь не приходит одна. Я не имею в виду что она влечёт там чёто за собой, типа там несчастья всякие, обломы и прочие печальки, я всмысле что смертушка одна не работает, в дуэте гастролирует. И вот значит стоит Сниф на краю огромной, тёмной, как в фильмах, пропасти, вокруг ветер, пепельные смерчи, радиоактивные облака и прочия прелясти....

Огонь-взгляд
Проникает, жжет
Ищет инстинкт твой
Во мне стихию.
Лес мой сгорает
И лихо лжет
Правду
Вечнозеленому змию.

Взгляд истекает
Водою с крыши,
Между убежищем
И вселенной.
Тебя хоть и нет,
Но я слышу,
Как ты в волосы
Мои дышишь,
Наэлектризованные мгновенно....

Картон странных книжек. Стекло витрин.
Пустые глазницы в подобных богам манекенах.
Город выброшенный за двери. Дешевый джин
Разбавленный скидками, стразами, страхом. Она в этих стенах-

Зеленый ветер. Шепот. Тюремный вальс
В одиночке....

После очередного неудачного поступления в институт я вернулась домой разочарованная и обиженная на весь мир, который принципиально не хотел крутиться вокруг меня.
Ладно… там баллы не прошла, это куда понятней, а вот когда среди толпы неудачников меня отшила приёмная комиссия в профке по озеленению, короче профессия дворника, этот факт прогремел контрольным выстрелом в висок!...

Фонари прорастают сквозь рыхлую почву заката,
Вызревает янтарной морошкой их призрачный свет,
Новостройки играют в горящие окна, как в карты,
Переходит на шёпот орущий обычно проспект.

Приземляется космос, наполненным звёздами пузом
Натыкаясь на крыши, на ветки седых тополей,
С диска полной луны льётся струйкой небесного блюза
Для тоскующих душ свежесделанный Богом елей…....

Пародия на футбольную телепередачу.

Участвуют ведущий-журналист, околофутбольные специалисты(агенты)
и известный футболист.

Журналист.

Э… Что-то, братцы, вы не в форме –
толсты, небриты, волосаты.
Сегодня вам о спорте спорить,
вы б соответствовали фактам....

Девять метров травы в диаметре
С толстой трубкой забитой в центре,
Где бычок, как юрод на паперти
У покинутой всеми церкви

На березе октябрь повесился
Бьется труп о сухой сучок,
Девять метров травы, шесть месяцев
Да эмоций простых клочок

Килограммы набрал полезные
На воде и траве одной,
Первый снег — приговор болезному
Не ты первый, не ты второй....

То что вы читаете сейчас это — большая честь для меня! Вот все мужчины имеют склонность постоянно твердить о женщинах. Мол, женщины то, женщины сё; об их прелестях и красотах неописуемых: грудях, задницах, о глазах — бездонных омутах в конце концов. Ну, а что?...

Потоки слов… Затасканные всуе,
Они кочуют из строфы в строфу.
А может, бросить всё, сказав: «Да ну их!»
И отловить житейскую лафу?

Смотреть на волны в Лене или Рейне
И понимать: река достигнет моря,
Хотя, порой, как массовик-затейник,
Наш миг влечёт нас вспять, с Природой споря....

На одной лавочке, как на одной подводной лодке. Дяди ждут, когда возвратятся их тети и заберут туда, где чистые носки, оливье, и немного секса. В общем- то, без этих бонусов никакой логики в ожидании бы и не было, хотя открыто говорить об этом в обществе не принято....

Случилось то в осенний тёплый день:
Решил козёл на сельском поле
Поесть капустки… Но идти-то лень! –
И не пошёл: нет силы воли.

Пришёл козёл на поле поутру –
Капусты нет: уже убрали. –
И поскакал козёл, как кенгуру,
Унынья полон и печали....

Чувиха проснулась от ощущения похоти. У нее зудел пельмешек. Она запустила руку в гнездилище страсти, как это принято называть в интеллигентном обществе и тактильно ощутила влажность и слизь.

Чувиха понюхала руку. Рука пахла козьим сыром и молоками селедок....

(Сорокин В. Теллурия: Роман. — М.: АСТ: CORPUS, 2013/ — 448 c/)

Последний роман Владимира Сорокина так полон, так переполнен им самим, что дальше, кажется, автору остается лишь поклониться и меланхолично покинуть сцену под бурные, но непродолжительные аплодисменты....