Все тексты

Чёрный Дед Мороз

Автор – Шэнпонзэ

«Здравствуй Дедушка Мороз! Пишет Тебе Егор Иванов. Я учусь в пятом «В» классе. Учусь без троек» — Егорка старательно выводил буквы, словно это была итоговая контрольная по русскому языку.
Этим декабрьским вечером он решил написать Самое Настоящее Письмо Деду Морозу....

Стихи – это помойка души
Это земля под гусеницами танков
Под валом катка
На музыку ржи
Они взорванной рифмы останки
Лазутчик в тылу память без слов
Думы звуки крики и жалобы
Они только сердца сгоревший остов
Свистать мертвецов на верхнюю палубу
....

Лоджия. Довольно прохладно. Темно. На улице еле светит одинокий фонарь. Он дает лишь разглядеть плохо видимые очертания предметов. Ты. Стол. Бутылка водки. Рюмка. Пачка сигарет и пепельница. Тишина. Сегодня опять идет снег. Ты выпиваешь очередную рюмку и закуриваешь сигарету, губы пекут от водки, но ты не кривишься, тебе уже все равно....

Я устала как сотня портовых шлюх после дня ВМФ
Обращаясь в слух в ожидании вибраций телефонных
Мне так знаком изгиб брови вверх – это блеф
У тебя есть горячее речей моих всех, и номера незнакомых знакомых…

Давай же, не жди – зажги! Ночь пусть пылает напалмом
Меня полупьяную за шкварник,
не видно не зги!...

Слушай, я такси вызову на завтра, наверное. Минут на двадцать посплю хоть подольше… Давай, вызывай, раз денег много. Слушай, не начинай, пожалуйста… Что не начинай? Что не начинай? Дома жрать нечего, ребенку сапоги зимние сколько уже купить обещаешь? А?...

Возле города, у трассы Новгород – Казань,
страха нагоняя в массы проживает Срань.
В деревушке позабытой, в старенькой избе.
Вечно грязной, не подмытой жизнь ведёт в борьбе.

То ордынцев в страх вгоняла напуская мглу.
Пугачёвцев распугала на пути в Москву....

Я верю в хорошее. Верю в сказку и счастливый хеппи енд. Верю в Золушку, которая обязательно натянет сногсшибательное платье и отправиться на бал, заманивать в силки влюбленности пока еще далекого, но такого желанного прекрасного принца. И она заманит, соблазнит и очарует....

Совсем недавно я был молодым здоровым успешным человеком. На меня с интересом поглядывали самые красивые девушки, почти любая была готова провести со мной ночь. А кто я теперь? Почему? Ну, вот. Опять слёзы. «Мама, вытри, пожалуйста, слёзы. Спасибо, мама....

Такое вчера приключилось со мной!
Вы не поверите, братцы!
Шёл я усталый с этюдов домой,
Отбацав часов пятнадцать...

Через пустырь путь мой лежал,
Все фонари разбиты...
Сверкнул вдруг передо мной кинжал,
В руке у антисемита!

Давно — сказал он — тебя я искал,
И вот наконец то встретил....

В детстве творчество легче давалось.
Несмотря на угрозы укоров-
На свободу оно вырывалось,
Оседая на досках заборов.
И любой мало-мальский заборик
Подвергался насилию слова.
Начиная от «Здеся был Жёрик!»
И кончая «Наташа + Вова».
Но неграмотность нам не мешала....

То что это его день, Бобо понял сразу.

Промывка закончилась как-то сразу – цветные круги, втянулись в треугольники, те, в свою очередь, свернулись в цилиндры, истончились в линию, затем в точку и исчезли. Резко, как по команде прошли тошнота и судороги....

«Да, слушаю вас…Да, при себе, на руках…отлично, договорились! – без четверти шесть у метро. Как вас можно будет узнать? Хорошо, до встречи!» — Сергей положил трубку, собрался и покинул квартиру. Выходя, он захватил с тумбочки непрозрачный черный пакет, завернул в него кое-что, и затворил за собой дверь....

Закат пылал как зажигалка Zippo
Над зеркалом воды.
Болезнь со вкусом эвкалипта
Идет на ты.

Гармония как хрупкое печенье –
Напополам.
Проблемы, словно снег в деревне,
Ты разгребаешь сам.

Одно и то же год за годом,
Всё тот же календарь....

У неё был вид лунного туриста, разыскивающего свою планету: вишнёвые глаза, вытравленные перикисью волосы .
Прозвище « Узбекистан », школьным ляпсусом прилипшее, как chewing-gum к подошве и несовпадавшее, ни с аутентичностью Ким Вайлд, ни с местом рождения: Первый роддом г....

Светило солнце золотой медалью.
Играл оркестр прощально «Школьный вальс».
Заслуженный учитель Марь Витальна
Мальчишеский свой выпускала класс.
Ещё один вот год учебный прожит
И каждого к груди своей прижать
Ей хочется, но надо осторожной
Стараться быть, ведь скоро ей рожать....

не забывайте тлеющие в парках
костры прохладных октябрей,
полууснувший и неяркий
свет облетающих аллей
качает дым,
он так же плавает, как в лужах,
меж листьев золотых струятся облака,
гремят минуты, как засовы,
и снова дым, как пепельные совы
или пыльца седого мотылька....

Бесшумно накренился день к закату
И вплыл во тьму ночную безвозвратно.
Лиловый парус неба и заплата
Луны на нём желтеет.Штиль.Понятно
Тем, кто не спит, что утро не наступит,
Что ночь отныне будет длиться вечно,
Умрут живущие, пооживают трупы,
Взовьются ввысь и путь усеят млечный....

гидра бетонная лезет из леса.

голод зияет в глазах квадратных

и всё равно ей банкир или слесарь

топает в сумерках в пасти парадных.



утро вернётся, а гидра харкает

ужином пресным, едва облизаным:

люди — измяты, укрывшись парками,

верят что повести их — переизданы....

Ты словно Наташа Ростова
И скромна, и сосёшь с проглотом.
Зачем же живёшь с идиотом?
Любителем узбекского плова.
***
Ты личность достойная пера Толстого.
Ты святыня, как для индийцев корова.
Я для тебя зоотехник-осеменитель,
Твоей пизды сегодняшний повелитель....

Этот романс исполняется на манер песни из фильма «О бедном гусаре...»,
где «Звенели всю ночь сладострастные шпоры...», хотя строчки и подлинней...

Матрос в бескозырке лежит у акулы в желудке...
Ему неуютно и как-то тревожно и жутко...
Хуёвое место он выбрал себе для ночлега!...