Все тексты

Как-то я и Рабинович, дело было ранним утром,
время года явно осень, но на самом деле май.
Мы сидели на террасе в бессознательности мутной
и о чём-то громко споря, пили с блюдец чёрный чай.

Рабинович долго думал о зачатии вселенной,
но со мною не делился сей идеей хитрый поц....

На встречу мне вышел дагерротип, человек с размытым от постоянного пьянства лицом. Он ступал босыми ногами по осенней хляби и казалось не чувствовал холода и прочих неудобств.
- Тебя кого?,- спросил меня утробный голос босого верзилы.
- Я насчёт работы, к Ивану Михайловичу,- робко ответил я....

Маришка засиделась допоздна. За окном стемнело, лишь отсветы фонаря лежали на еловых лапах.
В кабинете загудел МФУ «Ксерокс», из него полезла факсимильная бумага.
Из «Комсомольской правды» Маришка знала, что товарищ Горбачёв выступил за ускорение научно-технического прогресса....

.
За узорами стекла быстро тает день
И на город тяжким сном наступает мгла.
Я забросил все дела, потому что лень
Потому что боль из сердца —
Ушла

Оттого мне с сердцем этим легко
Сумрак позднего рассвета встречать
Пить холодное его молоко
Не хандрить, и по тебе не скучать

Изменился перевёрнутый мир
На такой же неудобный башмак
С тем же гостовским количеством дыр
Для поверивших в любовь бедолаг
....

Как-то ночью, я пьяным и сонным
Просыпаюсь - платформа *ПанкИ!
Хули делать, пошёл по вагонам,
Так бывает, порой, мужики.
Но потом я в четвёртом вагоне.
Хоть и вдутый пока был слегка,
Увидал в середине Гандона,
Что *зачистил* * *в говно* мужика....

Никогда в жизни не бил детей. Но как-то раз случилось нечто…
Курил под аркой, ожидая друга, напротив автобусной остановки. Бабулька – божий одуванчик, стоит на противоположной стороне, оглядываясь беспомощно. Дорога скользкая, ей самой не перейти....

Как старый фонарь, я дарую бесплатный свет,
Но, вряд ли, мой подвиг Данко кому-то нужен.
У каждого гения есть своя Лиличка, разве нет?
У каждого есть пистолет, петля или что похуже.

Досужие мысли досужего мудака;
И кто-то поспорит со мной, искурив всю пачку....

Как-то я и Рабинович, дело было спозаранку,
шли вдоль леса, шли вдоль поля и частично по плацу.
В небе плавало светило. Я украдкой ел баранки.
Рабинович же открыто ел взволновано мацу.

И пройдя все ипостаси, перелески, долы, веси –
мы пришли с ним к общей цели, а к какой никто не знал....

***
… Глазёнки-щёлочки и у-у-у какие щёки.
Ресницы длинные! Ну, мамкино лицо.
Куда-то сгинули мучения, заскоки,
поползновения казаться подлецом.
Знакомо
морщим
носик мы
упрямо....

Двенадцать копеек – чёрный.
Тринадцать – белый батон.
Картошки запах печеной
И чопорный вальс-бостон.

Забыть этот бред винтажный
Попробовал – не могу.
Из лего многоэтажный
Построенный МГУ.

В столовый набор марксистский
Студентам совсем неплох....

- Если город под бомбами, -
дед рассказывал внукам, -
хоронись катакомбами
и магическим кругом

очерти себя мысленно,
да устройся почище,
чтоб не вляпаться в крысино
и людское говнище.

Ели крысу на вертеле -
тот же кролик по вкусу....

Уж двести лет гиксосский вор
Претендовал на царство Ра.
Могли злодею дать отпор
Лишь Фивы, но Секененра,-

Их повелитель был убит.
Гиены одолели льва
В последней из кровавых битв.
И благородная вдова

У трупа хладного его,
С печатью скорби на устах,
В гробнице мужа своего
Так рассуждала, вся в слезах:

"От чада траурных кадил
Едва не падаю без чувств....

За околицей нету снега,
Хоть уже и конец ноября.
Вот и я свою жизнь пробегал,
Непонятным любовь даря.

Только щас, телефон послушав
Нажимаю на кнопку talk.
Это снова звонит Танюша -
Петя, как там у нас сынок?

Да песдели мы с ним недавно....

Стёрта карта памяти…
Нет, не в телефоне.
Сохнет мозг не занятый
В непонятном звоне –
Тоненьком, отчаянном –
Вряд ли дозвонится…
Взгляд пустой хозяина
Вновь не прояснится.
Словно ножик грейдера
Срезал жизни пламя –
Так болезнь Альцгеймера
Пожирает память....

...

Железной выжимкой блаженства
Из бабы сладостной свой
Дед озабочен был прелестно
И на излёте жизни дней.

Душею был он вечно молод
И страсти жгли его вполне,
А наковальням нужен молот
И калориферы в цене.

Прижался к ласковой старухе
К своей подруге мировой,
И продолжая баба ухать,
Спросила,-Ты ещё живой?...

Мне уже почти семьдесят стукнуло,
Жить осталось походу лет пять.
Я решил прогуляться по Бруклину
На людей посмотреть, и сказать

Кто сюда понаехали тайно, тех
Не увидеть, хоть ножиком режь,
В основном обитают на Брайтоне,
Получая свой мизерный *кэш*....

Грандиозное вышло событие
(В самый раз был четвёртый бокал) –
Мы с тобой совершили соитие!
Ты лежала, а я совершал.

Даже книги посыпались с полочки,
Нашей страсти победу трубя.
Мы теперь не жалеем нисколечко,
Впрочем, я говорю за себя....

За окном - стеклом стакана
Между незакрытых штор
Хлопья падают бурана,
Словно в содовый раствор.

Ночи городской свеченье
Сутки делают длинней.
Начинает представленье
Комнатный театр теней.

Шкаф с часами стал альпакой,
Движется слегка к окну....

Снесла курочка яичко, а я подсобрал дома пылящиеся книги и снёс их в библиотеку. Вышло два полных пакета из Магнита. Захожу с подарками, а там заведующая библиотеки в послеклимаксном поиске своего Бегбедера. Порозовела вся, как молодая свинка при виде хряка....