Все тексты

Как обычно, бесцельно бродил в закоулках Стамбула,
Как всегда, развлекался подсчетом страстей и потерь,
И с чего-то во дворик невзрачный меня завернуло,
Там среди мастерских и подсобок была капитель.

Я таких не видал - высотою аж в пол-человека,
В белом мраморе каждый листок оживлён долотом....

Петербургское небо темнело в вечернем тумане,
В вышине загорались далекие первые звёзды,
Беспокойной рекой по проспектам текли горожане,
Чтобы к ночи успеть оказаться в насиженных гнёздах.

Темнота в перепутьях дорог, переулков, бульваров
Затаилась, как зверь, чтобы прыгнуть кому-то на плечи,
В зажигавшихся окнах кипела вода в самоварах,
Там готовились вновь скоротать наступающий вечер....

Нет никаких причин с собой бороться.
Сомненья оставляя на потом,
Я продолжаю дожидаться солнца
Под вечно промокающим зонтом.

И днем, и ночью, да в любое время
Всё будто ждёт, что ты вот-вот придёшь.
А я, всё также ни во что не веря,
Самой себе предвосхищаю ложь....

Во имя интересов нации
Вместилище сознанья, мозг
Мы вынем, сделав трепанацию -
Тягучий мягкий, как гумоз;

И сыворотку страха жгучего
Введём в твою живую плоть.
Для счастья и благополучия
Иголкой надо уколоть.

Немного наберись терпения....

Солнце садится в оранжевый свой насест.
Голову прячет под черное туч крыло.
Здесь - одно из моих самых тихих мест.
Мне повезло, что я здесь.
И тебе cвезло.

Толстой бечевкой приматываю к бревну
Тонкий твой стан. Джут веревки вжимаю в грудь....

Вечерняя прохлада вспотевшие виски
Приятно остужает. В глазах царя закат.
Горят по всей долине на храмах огоньки,
И жертвы богу солнца на алтарях лежат.

На красочном пилоне под систров перезвон
Царь провожает солнце, персты свои воздев....

ценного в человеке нет ничего
хиленькие конечности жопа живот
вечнопиздящий рот и сопливый нос
чан головы с удобрением для волос
щеки что бьет любой за любой пустяк
руки что бьют в ответ, но всегда не в такт
руки что бьют не тех и всегда не так,
пальцы опять не там и всегда не так
и одиночеством вбитый упрямый факт
что
ценное это магия меж людей
ценное это в чужие глаза глядеть
ценное - просто рядышком ощущать,
даже пускай она распоследняя блядь
даже пускай она тв...

Дело было в выходной,
Мы гуляли под луной,
Ты эффектно долбанулась
О берёзу головой.

Я заржал, как лошадь прям,
Ты сказала: «Ну и хам.
Дать хотела на четвёртом
Рандеву. Теперь не дам».

Я вскричал: «Ядрёна мать!
Надо ж, блядь, предупреждать....

Дверь калитки скрипнула и по дорожке послышалась тяжёлая поступь кованных сапог.
- Ну здравствуй, Евлампия! – спину окатил хриплый мужской голос.
Евлампия обернулась и выронила пустое эмалированное ведро.
- Игнат!- не веря своим глазам прошептала казачка и опустилась на край табуретки....

Давно это было, лет тридцать назад. Время тогда было лихое, разбойное. Жадность людей обуяла. Хотели всё и сразу. Бога забыли, золотому тельцу покланяться стали. В безумстве своём ни баб, ни детей не жалели. Голод пришёл. Амбары хлебом забиты, а люд городской в очередях давится, как скотина, буханка хлеба в одни руки и гонят дальше....

Ненавижу женские журналы. Вот мама любила в таких журнальчиках почитать статьи типа “Как воспитать настоящего мужчину”. Причина у нее имелась, конечно, веская: папы у меня не было, а бабушкины советы ей почему-то не нравились.
Я матушкиным стараниям пытался соответствовать, но, скажу вам по секрету, быть единственным мужчиной в семье совсем непросто....

Завис на кухне наш нетрезвый разговор,
Как будто выкурили пачку сигарет.
И по углам разнёс сквозняк словесный сор,
А неглиже не вдохновляет на сонет.

Пол-литра водки легче пьётся на двоих,
Тебе успею я ответить невпопад,
И, как известно, из троих один не псих:
В социологии сейчас такой расклад....

В первый раз меня отправили в лагерь после первого класса. Помню чемодан, который я собирала. Перламутровую мыльницу, зубную щетку… Ну и все. Ничего больше из того чемодана я не помню..
Я вообще плохо помню свое детство. И когда слушаю, как кто-то вещает о колготах натягиваемых в полусне и о том, как трясло в трамвае по дороге в детсад....

В сизой дымке стоят пирамиды,
Как трезубец, поддев небеса.
Только край чародейки Исиды
И другие знавал чудеса.

В Среднем царстве в державе на Ниле
Был правителем Аменемхет.
Был он мудрым, века сохранили
Фараона скульптурный портрет....

Пожалуйста, без паники,
спокойствие, пока
что это только смайлики,
гримасы колобка.

Как выпрыгну, как выскочу,
как выкрикну: "Твою
глумливую улыбочку
везде я узнаю!"

И всё былое ожило,
наверно, оттого,
что веселее Роджера
на свете никого....

Ветрами испуганы травы
По парку колышет листву
Вот путник идёт запоздалый
Вот сторож стоит на посту

Сержант увидав проститутку
Свистит позывным соловьём
Вдали, улучивши минутку,
Сапожник ест рыбу, живьём

Автобус с народом - баптисты
Мужик - очень искренне врёт
Скучают в сторонке таксисты
Старушка чего-то там ждёт

Гнедая протопала лошадь
Собаку помыли, любя
Потом опустела вся площадь
И всё!...

- Нет-нет, кто не пьёт - никогда не поймёт!
Ибо есть вещи, которые можно прочувствовать только на своей шкуре.
Ты - просыпаешься. Еще в постели понимаешь, что вокруг что-то не так.
Уж больно тебе хреново.
С трудом, но встаёшь.
Мир вокруг не то, чтобы крутится, но как-то неустойчив, можно даже сказать - агрессивно настроен к тебе....

Чтобы стать кумиром миллионов
И сиять в "горячих" новостях,
Я в финале Лиги Чемпионов
Пробегу по полю в труселях.

Пробегу со зрительского места
Прямиком в футбольный вражий стан,
Пробегу цинично, в знак протеста
Против заебавших англичан....

Случилось это наверное в году этак 1990. Препод оказался суров яибу. Николай Петрович Коняхин. Прямой контакт с ним оттянулся на пару месяцев, ибо всех студентов взяли и увезли в совхоз Мордвес на чёрную смародину.
там мы естественно все перепились перееблись, плотно пазнакомились вощем....

Ночь новогодняя
Много всяких вкусностей
Я позвала тебя
Я сказала Грустно мне

Милый мой дорогой
Ночь такая дивная
Скоро ты будешь мой
-Хрен. ты слишком жирная.
Был мне ответ простой:
-ах, детка, не смеши меня-аа-аа

Припев:
Два кусочека банана
На столе лежали как бельмо
Ты рассказывал баяны
Только жрать я буду все равно

Эх, два кусочка непригожих
На столе лежали как бревно
Эх, распилил бы меня тоже
Не видишь я завидное дупло

Кушаем без ...