Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее

Конкурс:: - Маленькая Берта (на конкурс)

Маленькая Берта (на конкурс)

Автор: Франкенштейн (Денис Казанский)
   [ принято к публикации 00:31  18-02-2010 | бырь | Просмотров: 701]
«Врага нужно бить не числом, а плетью»
Леопольд фон Захер-Мазох



Когда открываешь глаза и видишь над собой ночное небо полное бриллиантов – это вовсе не обязательно означает, что ты жив. Вполне возможно, что тебя замочили в недавнем сражении, и ты лежишь иссеченный шрапнелью на дне бесконечной траншеи, уходящей в даль, за горизонт, на многие тысячи километров. Лежишь совершенно один, перепачканный в глине, и ухмыляешься одной половиной изуродованного лица, точнее сказать, совсем не ухмыляешься, а даже напротив – хмуришься, просто у тебя оторвана щека, и со стороны кажется, будто ты рад своей негероической гибели.
Над окопами висит марево смерти. Она каждую ночь слетает на землю черным лебедем и освобождает из колючей проволоки запутавшиеся тени бойцов. Проволоки вокруг так много, что в ней невозможно не запутаться. Она похожа на облетевший терновник, в котором больше уже никто никогда не споет. Кажется, будто на этой планете не осталось уже совсем ничего, кроме заграждений и окопов, появляющихся из ниоткуда и исчезающих в вечном тумане за спиной.
Итак, ты лежишь и ждешь, когда за тобой придут. Черти или санитары – в этом нет существенной разницы, ведь тебя уже порядком задолбало здесь лежать. Потрепанная армия в очередной раз перешла на сторону врага и отправилась воевать без тебя, оставляя за собой гильзы и оторванные конечности. Нарядные, пьяные генералы; усатые полковники, катящие за собой тележки с награбленным добром; протезированные майоры; истеричные капитаны; нежные, румяные лейтенанты в женских чулках – все они ушли под нестройные звуки оркестра в затяжное наступление.
А тебе больше некуда торопиться. На тебя наступил долгожданный мир. Наступил, и оторвал щеку, и тебе теперь остается только пробовать на вкус землю, которая сыплется тебе в рот из-за этого страшного увечья. И вспоминать, как ты расстреливал шампанскими пробками женщин в разрушенных войной столицах. И вдыхать дым горящих знамен, который сегодня отчего-то так торжественно горек…
Проходит время, в конце концов тебе надоедает неподвижность. Надоедает земля во рту, надоедает небо, надоедает шрапнель в легких. Ты поднимаешься на ноги, выпрямляешься во весь рост и медленно бредешь по дну окопа в какую-то сторону. Не важно в какую, ведь известно, что окопы никогда не заканчиваются. Они бесконечны, как Вселенная. Как колючая проволока. Стало быть, у тебя есть неплохие шансы бродить по ним всю жизнь, без особой надежды достичь какого-либо осмысленного места.
В окопах можно встретить что угодно – алюминиевую посуду, деревянные ноги, разбитые очки, оружие. Однажды ты нашел в блиндаже заведенный, играющий патефон и карту Шамбалы, которую потом по пьяни сжег в костре, отмечая взятие Парижа. Но чаще всего в окопах встречаются трупы. Застывшие в нелепых позах, похожие на почерневших от сырости восковых кукол тела воинов. Ты видел их столько раз, что они больше не вызывают в тебе смятения и неприязни. Блуждая по окопам, ты переступаешь через них, как через бревна и внезапно спотыкаешься о тело совсем юной девушки в гимнастерке, с большой раной на месте левой груди.
Девчонка мертва, очевидно, уже больше суток. Ее тело давно отдало мокрой почве последнее тепло. В глазах застыл лед. Что-то в ее лице тебя трогает и ты, поддавшись странному порыву, садишься рядом, на дне траншеи. Касаешься грязным пальцем бледных губ, гладишь щеку, разглядываешь дыру в груди. Раны кажутся тебе произведениями искусства. Никогда не бывает двух совершенно одинаковых ран. Они, как снежинки – всегда неповторимы. Ты восхищаешься увечьями. Даже твоя оторванная щека, на твой взгляд, придает тебе некоторый шарм. А уж рана этой прекрасной девушки-солдата просто сводит тебя с ума. Ты наклоняешься, целуешь ее запекшиеся края. И мертвая девушка оживает.
Это происходит достаточно неожиданно для тебя. Ты с удивлением смотришь, как она хлопает глазами и шевелит пальцами, садится, поправляет мокрые свалявшиеся волосы. Ты никогда прежде не видел, как оживают мертвецы, но с другой стороны, всего пару часов назад ты и сам лежал, продырявленный шрапнелью, так что едва ли стоит волноваться из-за таких мелочей.
- Я проспала все сражение – говорит она – что тут было?
- Нас в очередной раз предали – отвечаешь ты – признаться, поначалу, как офицер, я подумывал о том, чтобы пустить себе пулю в лоб, но, приглядевшись, не обнаружил на себе погон. Стало быть, и стреляться теперь нет никакого смысла.
- Значит, теперь можно никуда не торопиться?
- Полагаю, нас ждет трибунал.
Твоя шутка кажется ей смешной, и она заливисто хохочет, посвистывая дырой в легком. Ее мертвая, безгубая улыбка удивительна. Почти так же удивительна, как рана, и от этого тебе хочется коснуться ее своими губами. Ты сидишь, находясь в каком-то странном оцепенении, которое ты испытывал прежде лишь во время самых лютых бомбежек, а внутри тебя рождается новый маленький монстр. Еще секунда и он вырвется наружу. Уже вот-вот…
- Как тебя зовут? – спрашиваешь ты.
- Берта – отвечает солдатка, кокетливо теребя слипшуюся прядь, и сознание твое заплывает тягучей карамельной похотью. А мысли превращаются в грильяж…


А когда ты приходишь в себя – все уже случилось, и вы лежите рядом, на куче остывших, землистых тел. И хочется сказать так много, но ты почему-то молчишь, как контуженный. Не так уж трудно понять, куда все катится. Странная тяжесть в твоей груди никак не связана с сидящими в ней осколками шрапнели. Похоже, тебе пришел конец. Настоящий метафизический эсхатос. Большая Берта бьет по тебе прямой наводкой, и шансы скрыться от ее снарядов тают с каждой минутой. Белый флаг уже готов. Ты согласен на безоговорочную капитуляцию. Немного настораживает лишь тот факт, что вместо сердца у твоей покорительницы дыра, а значит, не приходится рассчитывать на великодушие.

Когда солдаты умирают, они превращаются в крошечные оловянные копии самих себя. И маленький Бог двигает их по бескрайнему полированному полю боя, заставляя раз за разом принимать смерть у стен пластмассовой крепости.

Взявшись за руки, вы бредете по минному полю. Мины здесь потрясают своей красотой. Они свисают с кустов налитыми гроздьями и распространяют вокруг аромат, от которого кружится голова даже у мертвых. Вы срываете их — перезрелые и сочные – и давите подошвами сапог. И Берта закатывает глаза от удовольствия, а ты признаешься, что тебе больше нравятся гранаты, потому что они кислые и помогают от тифа.
А затем из тумана впереди проступает город. Безмолвный и мрачный, как кладбищенский склеп. И ты останавливаешься, не веря своим глазам. Задираешь голову кверху и смотришь. Смотришь на шпили и черепичные крыши, на поврежденные снарядами купола церкви, на оторванные водосточные трубы, на телеграфные столбы. Ты не видел городов уже много лет, и теперь в тебе шевелится то самое давнее предчувствие праздника, знакомое с детства, когда Войны еще не было, и принято было ходить смотреть на боевую технику просто так, для развлечения. Ты бы, конечно, сейчас улыбнулся, по старой мародерской привычке, но у тебя нет щеки, и посему улыбаться нет совершенно никакой необходимости.
Большая Берта сжимает твою руку и возбужденно шепчет на ухо:
- Смотри! Смотри, это же настоящее чудо! Сегодня особенный день. Мы наконец-то пришли.
Вы стоите, обнявшись, и некоторое время не решаетесь войти.
Город выглядит пустым. Все оставшиеся после газовых атак немногочисленные жители забились по кабакам и квартиркам, откуда доносятся их заунывные пьяные песни.

- Нужно отметить наше возращение! Давай устроим фейерверк! Давай напьемся и будем приставать к тыловым крысам, – смеется Берта.
Вы вваливаетесь в ближайшую таверну с самыми решительными намерениями.
Заведение встречает вас аплодисментами и атмосферой сладостного разложения. Здесь сплелись в один клубок все змеи, которых только можно себе вообразить — шпионы, чекисты, дезертиры, наркоторговцы, шлюхи, жлобы. В табачном дыму трактира их силуэты напоминают призраков. Кажется, стоит только подуть, как следует, и их унесет в окно потоком воздуха.
- Пожалуй, здесь есть работа для нас – говоришь ты.
- Что мы сделаем с ними? – спрашивает Берта.
- Я надеялся, что ты скажешь мне об этом…
- Тогда обними меня покрепче!
Ты берешь ее за руку и с удовольствием сжимаешь холодную сталь запястья. Именно этого момента ты ждал. Ваш скоротечный роман достиг своей кульминации здесь, на пороге этой таверны. Дыра в груди Берты теперь зияет смертельной чернотой оружейного ствола. Где-то под сердцем ее клацает затвор, досылая в патронник беспощадный патрон. Еще секунда – и тот сумасшедший огонь, который тлел в ней все это время, находит выход. И обрушивается свинцовым шквалом на сгорбленные фигуры посетителей, одуревших от морфия и алкоголя.
Adios…
Кровавый туман повисает в воздухе зловещей багровой завесой. Головы кукольных проституток лопаются, словно гигантские гнойники. Дезертиры смешно падают со стульев, театрально взмахивая руками. Спекулянты упираются простреленными лбами в столы и остаются в сидячем положении. Заливистый хохот Берты оглушает всех. Он умолкает лишь когда в кабаке не остается ни одной живой души. И в наступившей тишине, ты произносишь, наконец, свои главные слова, за время всей кампании.
Эта сцена выглядит, пожалуй, излишне пафосно. В другое время ты бы и сам посмеялся над собою, и может, даже плюнул бы в пыль по своему солдатскому обыкновению, но только не теперь. Сейчас ты смешно дрожишь от возбуждения, как подросток, только что познавший первый секс. Вдыхаешь пороховой дым...
- Я люблю тебя, милая – говоришь ты.
И нежно обнимаешь свою винтовку. Свою озорную маленькую Берту…




Теги:





0


Комментарии

#0 01:04  18-02-2010Силиконовый Буратино    
4
Неплохо. Берта — любовь и боль
#1 01:07  18-02-2010Силиконовый Буратино    
Непонравилось про восхищение увечиями. Перебор
#2 01:09  18-02-2010Силиконовый Буратино    
и необосновано. ентот психоз надо было раскрыть. но тем н менее доставило
#3 06:11  18-02-201052-й Квартал    
нормально, да
5
только «осколки шрапнели»-это косяк в матчасти
#4 06:12  18-02-2010Иван Гилие    
хороший тегзд… цельный… позже оценю, угу
#5 07:19  18-02-2010Арлекин    
пока без оценки
#6 10:51  18-02-2010Гусар    
Первое что прочитал из конкурсного. Понравилось. Думаю, будет в лидерах. Но оценку пока не ставлю.
#7 11:42  18-02-2010Шева    
5. Независимо от конкурса — рекоменд.
#8 11:42  18-02-2010Илья Волгов    
хорошо
4
#9 12:10  18-02-2010БухБез    
4+
#10 12:42  18-02-2010Мышь.Летучая.    
очень хорошо. 5
#11 13:23  18-02-2010anima    
дохловато как-то 3
#12 13:26  18-02-2010Нови    
Понравилось до слова «великодушие». После не понравилось — не люблю эту манеру одушевлять предметы быта, а потом говорить «ха-ха! — это же была лампочка!»
А поначалу премило и романтично.
#13 13:27  18-02-2010Нови    
3
#14 13:32  18-02-2010Sgt.Pecker    
перебор местами но в целом нехуйственно.
4.
каклы…
#15 15:19  18-02-2010Опа    
пока читала, разлогинилась отчего-то… очень живая картинка, понравилось — 4,75
#16 16:27  18-02-2010черный конь    
по-моему замечательно. восторг. ставлю 5.
#17 19:35  18-02-2010шумный дистрофик    
мутно. 3 1/2. три с половиной значит.
#18 21:40  18-02-2010Норкавнорке    
Четверку не поднимается рука поставить, а на пятерку не дотягивает. В общем 4,8
#19 00:59  19-02-2010херр Римас    
ну тут получаеш удоволствие от прочитанного повсякому.либолибо небывает, посему пять.
#20 01:09  19-02-2010Файк    
5
#21 14:41  19-02-2010Чёрный Куб.    
19:35 18-02-2010 здесь был.
#22 15:43  19-02-2010белорусский жидофашист    
дохуя, 5
5
Отлично (хотя текст слегка отдает Нови)
#24 18:47  19-02-2010Чхеидзе Заза    
На период 1-ой мировой смахивает. Слог хорш-5 конечно
Ну, вообще-то я описывал несуществующую войну, но старался воссоздать антураж именно Первой Мировой и ее бесконечной тягучести
#26 22:32  19-02-2010Сука я    
роман со смертью.  мамазалечи маи раны… о-о-о у ее-э...
5
#27 22:52  19-02-2010Пyля    
Браво. 5.
#28 23:17  19-02-2010Kirill Nax    
Стопудовое 5
#29 12:33  20-02-2010эфесбешник    
прекрасно, 5
#30 19:30  20-02-2010дервиш махмуд    
это заебись. оценку не ставлю, ибо сам автор.
но это лучшее на конкурсе.
#31 19:57  20-02-2010атаман    
5 отлична
#32 23:07  20-02-2010Аллах Аккбар    
маладчага, Франки, жизнено чтоль…
#33 19:25  21-02-2010Kvint    
За начало куча плюсов!
4+++++++++++++++
#34 19:49  21-02-2010Hunter    
4
Но очень твёрдая

Комментировать

login
password*

Еше свежачок
17:05  27-06-2017
: [21] [Конкурс]
Оригами

Рвётся сердце на кусочки,
На молекулы и кварки,
Так ждала я этой ночки,
Чтобы весело и жарко.

Мстилось, мнилось и горелось –
Ну и что в сухом остатке?
То не жар – оледенелость
И солёно вместо сладко.

Ты в нирване, кайфе, дрёме –
Упокоился, похоже....
...
Рано утром на кухню врывается взлохмаченный повар,
хватает поваренную книгу и рвёт её на куски,
кричит: «Внутреннее чутьё – это основа,
по рецептам готовят гастрономические слабаки!»

Берёт картошку, чистит, режет на малые дольки,
кидает в кастрюлю, добавляет томатное пюре....
"Жизнь моя. Иль ты приснилась мне?"

Полагаю, что приведенные в этом эссе умозаключения в чем-то родственны вашим. И, возможно, тем они и ценны.
Я очень люблю Юрия Олешу. Начиная с «Зависти» и « Трех толстяков» и, заканчивая, репортажами об открытии стадиона в Одессе....
У маленького Аркадия было три печенюшки. Он их бережно хранил в своем кармане джинс. Но злая Маман узнала про это и решила постирать джинсу. Этот день для Аркаши стал роковым. Когда он взял свои штанишки после стирки он обнаружил в кармане кашу. -Мам, а почему у меня в кармане вместо печенюх, каша?...