За жизнь

Снова в памяти моей

возвращаюсь я к тебе…

в пьяной памяти, нескромной… ...

Электрички просыпаются.
Окрестные деревни прижимаются друг к другу трогательно
И нежно.
Постель помята.
Она идёт провожать меня до станции. ...

Как же хотелось верить, просто наивно быть.
Помня, не лицемерить, и без утайки любить.
Но время катилось в осень, лето ждало едва,
как над висками проседь - в изморози трава.
...

Инне нравилось мастурбировать.
И не потому, что у нее не было парня. Такой проблемы по жизни не было. Но делать себе приятно она-то научилась еще задолго до своего первого. А затем успешно практиковала испытанный и надежный способ доставлять себе маленькие радости в перерывах между поклонниками. Но не всеми, конечно, а теми, которые допускались к ее святая святых. Если так вообще можно было сказать об этой части ее тела при совсем не святом образе жизни....

Выверты, крофь, разум, побеждающий совесть… Суета разбивается о радужную оболочку глаз. Падает рядом с кошачьей миской, где затухает килька в томатном соусе…
Красные знамена взлетают вверх… Что-то внутри меня холодеет… Я на секунду вновь становлюсь октябренком… Мой отец в форме железнодорожника шагающий на работу… Мимо гаражей и большого поля из мокрой глины… Леденцы в жестяной коробке слипаются и становяться единым целым....

Мы опустились на мягкие диваны с прохладной кофейной кожей и жадно схватились за стаканы холодного чая. Этот город и его удушливое лето заметно отпечатались на наших лицах. Эти беззаботные кафетерии так подходят нашим деловым костюмам. И нам не остается ничего большего. Мы покорно следуем кармическому сценарию: мягкие диваны, холодный чай и эти дурацкие разговоры о жизненных перспективах.
В этой жизни я не видел ничего более обреченного, чем офисные работники.
Клерк....

Мне нравится оставаться в офисе допоздна: смотреть в мониторы камер как уходит последний сотрудник из офиса, под музыку пить крепкий чай с бальзамом и делать вид для самого себя, что работаю. В такие моменты хочется куда угодно, только не домой, не туда, где все знакомо. Не к тем, кто давно знаком. Выключив мобильный телефон, сажусь за руль и еду на бульвары в поисках чужих историй, чтобы потом сделать их своими....

Рассвет прохладен, ломок как стекло.
Свело зарёй чернеющее небо,
И сразу мёдом солнце потекло
На пышный ломоть облачного хлеба.
...

Сажей вечера запачканы запястья,
Щурится цинично циферблат;
Между временных отдушин счастья -
Нервы в жгут. Душа и пульс не в лад.
...

Самовары, самобранки, неразменные рубли,
Самоедущие санки, самолёты-корабли,
Склонность к самобичеванью, самогон и самосад,
Самосуд, самосознанье, самострел и самокат…
. ...

Будем жить по песочным часам
И гадать по оконным узорам
И в ближайший универсам
Не пойдем даже за "беломором"
...

Фиктивная жизнь… Подытожье…
Жизнь – пьеса из кожаных кресел…
Я пЕрежил, выжил и прОжил,
Поняв, что был стулом в той пьесе…
...

И так представь, я кот по году,
Я лев по знаку, по природе… я тоже кот
так вот…

И значит, девять жизней у меня, ...

1.
пизда –
из «да»
здание её
...

На прощанье – шлейф духов,
Вид небритой пьяной рожи
Рифмы плоские стихов
Нет, все это будет позже
...

В июле…
Да, в июле. Где-то в конце. Вечер медлит, но всё же ложится на землю. Ложится и, оказывается, что им обоим это удовольствие. Никто не торопится. Они знают толк в нежности.
Люди где-то жмутся друг к другу в той же нежности, мелькая тенями в ночном свете. Муравьи ползают по сандалиям, катаясь в пыли, и, спотыкаются о собственные тени. Комары уже напились своей жизни и зачастую лишь гудят над ухом, не давая сосредоточиться или заснуть....

Вот он - я. Открывшийся. Читайте...
Сердце прохлаждайте. Или грейте.
Мы - лишь публикации на сайте,
Где всего важней высокий рейтинг...
...

Лишь тот постиг всю сущность мира
Лишь тот ответил на вопрос
Кто смог узреть в дыре сортира
Манящий свет далеких звезд
Кто смог бесценный самородок ...

Я Мы Я Мы Я Мы Я Мы

Ямы вереска
Огнь искристый
Угольный блеск ...

исповедь исподволь?
глупо!
лишь просто растратим время-
мы здесь не личности дутые,
а одной цепи звенья! ...