|
Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее
|
Все текстыВ порыве надежды, на лист глядя,
Эмоций не прячет поэт, несдержан - Он самый корпеющий из трудяг, Готовый взлететь, что из шахты Першинг. Рифмует любые из множеств слов, А звёзды на небе, как личный демон, На ухо ему: ты — творец основ, Подвластна любая, из вечных, тема.... 
В рабочей полудрёме кабинета
Стучит по клаве популярный блогер. Потягивая виски из бокала сдувая пепел на нос буль-терьеру … Надкушенное яблочко на МАКе... Жена, сказав: «не жди меня», в Саратов Уехала на похороны друга. Большого и красивого хирурга, Зарезанного буйным пациентом … невыветренный запах валерьянки....
Паслись на лугу как-то летом бизоны. Щипали газон, наслаждались озоном. Все было спокойно, уютно, знакомо, На веки давила дневная истома. Уже захрапели хорьки в карауле, Еще бы часок — и бизоны заснули. Но тут приключилось внезапно такое, Что стадо забыло тотчас о покое: На нос одному из животных вскочила Не зебра, не львица, ни бобр, ни горилла, Не деверь, ни тёща, ни мать, ни сноха - Вскочила блоха… и прочла два стиха… Блоха оказалась маститым поэтом – Была ...
— Арчи, а какое оно Черное море? — Марго прильнула к его плечу и глубоко вздохнула.
- Ну какое, синие или черное, или голубое, как на картинке? Я никогда не видела столько воды и солнца. - Оно разное, детка, море бывает тихое, как стоячая вода в луже, а бывает что штормит, тогда белые барашки разбиваются о песок....
Яков Есепкин
Строфы Мнемозине Из цикла «Патины» И демоны слетелись на погост, И ангелы навек осиротели. Мы к нетям возводили присный мост И в бездны роковые возлетели. Истленней пада, язвы моровой Грознее — тьмы горят, во славу знати Нощь бязью устилает гробовой Звездами прокаженные полати....
пропитан грустью городских кварталов
с налетом смысла на пустом ебле я возвращаюсь в детства замок в глухой забытой стороне уютный домик у лесной дороги с трубой и печкой, а зимой долблю пешней ебучие пороги вспотев, прокуренный и злой на травках с чаем сяду у окошка и в ночь смотря мутирую в печаль что наша жизнь – на жопе блошка все нахуй сжечь!... Помимо пакостей и прочего
Изобразив в лице печаль, Любил гостей Евкакий потчевать То плюнув, то пописав в чай На «тачке» ездил навороченной, Здоровьем был как хряк здоров, Но, постоянно и настойчиво Лежал у платных докторов Супругу звал любовно — Мусею И, в глубине души — любил, Но, не прощал цветы и бусы ей Те, что на свадьбу подарил Со всеми вежливо здоровался Внутри, желая «черта» всем, Не пропускал программу «Новости» И ненавидел КВН....
— Ты никогда не рассказывал мне, как вообще тебе удалось прорваться? Что тебе помогло, связи, знакомства? Везение?
— Всё вместе. И связи, и знакомства… И письмо… В первую очередь письмо, — сказал Юрий Король, мой давний друг, ныне известный беллетрист.... «Солнечный круг,
Небо вокруг - Это рисунок мальчишки...» Лев Ошанин. На рисунке мальчика Серёжи - Птица, на её хвосте — звезда, Раз, два, три...- просыпался горошек В чистом небе летнего листа. Девочка Наташа очень даже Умная — четыре ей не дашь: «Вот дурак, нарисовал какашек!... Первый холод, пришедший с севера, замер на пышущей зеленью опушке леса. Из дремучей чащи на холод смотрела — Баба, кривя рябиновые губы в презрительной усмешке.
Холод бросил к ногам Бабы длинную рыжую кость и тут же сам пал на землю, покрыв всё поле под собой голубым инеем.... Вчера, в понедельник, судьбою влекомый,
по личному делу, зашёл в исполком я. Сел чинно в углу я, приём ожидая, но тут секретарша, по имени Рая, лейбгвардия нашего функционера, раззявила рот, заявила мне смело: Симпозиум нынче, они улетели, пиздуй ты домой, приходи с той недели....
Старый король, сидя в кресле, тянул через соломинку пунш из инкрустированной серебряной чаши, обхватив её тонкую талию нетвердой рукою. Он тянул в себя это пойло, думая о вискаре, новую партию которого ждали в королевских винных погребах уже неделю, а она задерживалась....
«утро вечера му» — говорил мне отец,
я не спорил с отцом, я старался понять эту светлую мысль, чтоб, когда я умру, вы с огромным теплом вспоминали меня. «дело мастера бо» — говорила мне мать, я не спорил опять, я играл на дуде и ходил по дворам, раздавая любовь, чтоб, когда я умру, было счастье везде.... Казалось бы, ну сделай шаг
Швырни сомнения в корзину, Но что поделаешь — дурак Не может быть «наполовину», Гудят локомотивы: «За»! Горят зелёным семафоры, А мне бы сдать билет назад И глаз твоих читать узоры, И снова ждать когда апрель Не опасаясь мер и санкций Взорвёт подкорковый тоннель, Столкнув нас на одной из станций О, только б не хихикнул Бог Над недалёкостью творений, Произнеся: Опять, сынок, Задумался о разной хрени, Ты, видимо, и впрямь дебил
Катя-Катерина.
У Кати трое детей и она беременна четвертым. Мужа у Катерины нет и все ее дети от разных мужчин. Отец у Кати китаец, а мать русская. Катя изящно сложена и маленького роста. Личико у нее круглое доброе, а глаза узкие и злые. В Москве Катю принимали за эмигрантку, и она уехала жить в Азию.... Считаешь дни до лета,
Крепчает непогода, Ночь тлеет сигаретой, В такое время года... Жизнь не полка в спальном вагоне, не проедешь, не заплатив На разъездах, на каждом перроне, на фонарном столбе, у флакона, всюду люди. Кто-то смеется, кто-то плачет стакан разбив, у кого-то в стволе обреза, за червонец, раздастся взрыв, А на стрелках орудует кто-то, чтобы круто менять нам путь, не работает кран, на котором «Стоп», и не выпрыгнут, не свернуть.... Фарфор прозрачный лепестка
Лежит в ладошке узкой. Не потерять, не расплескать Души остаток русский. Вдохнешь его — он рядом, здесь, Занозой ноет возле — И серый день, и голый лес, И рыхлый снег промозглый. Но губ горячее вино Не студит зимний ветер, И возникает предо мной В чуть потускневшем свете, Обрывком старого кино, В сугроб впечатанный спиной Подснежников букетик....
Он был похож на длинное, ветвистое дерево. Или на эластичного человечка-бегуна из коллекции настольных игрушек Икеа. Почти два метра ростом, очень худые ноги с острыми коленями и длинные пальцы. Руками двигал медленно и плавно, будто совершая магические пассы....
Осенний лес, осенний, также, куст,
жёлт шёпот листьев важных, их паденье - кружит. Стоит поэт в избытке чувств, питаясь соком от травы забвенья. А вдалеке… то дятел ебанёт, то пропиздолит по тропинке заяц, ему легко, от этих стройных нот, до степени, до той, что вздрогнет палец… Затем второй и третий.... |
