|
Важное
Разделы
Поиск в креативах
Прочее
|
Все тексты
Глава 5. Долина в огне.
Весной 1919 года Ферганская долина, конечно же, не была цветущим краем, хотя и утопала в зелени. Здесь, как и на всей территории бывшей Российской империи полыхала безумная гражданская война. Мадамин Ахметбеков, известный как курбаши Мадамин-бек был, пожалуй, самым способным и самым умным лидером всего мусульманского антибольшевистского сопротивления Туркестана, которое красные называли «басмачеством».... июнь:
так зажопим же наши пальцы слова и рукопожатия лесенка в небо сломана ...
Страшилки….хм…хм…
Нет, ну конечно вы можете бояться разных черных рук, дембелей, ведьм и прочей поеботины. Никто не запрещает вам бояться вымышленных героев. Но! Но, попробуйте посмотреть на обыкновение вещи по-другому. Или существа, к примеру. Вы просто ничего не видите….. Зайцы! Не страшно? ...
Жена уже спала. Дочка тоже.
Из окна было видно ещё несколько домов – 17-этажку на параллельной улице, пятиэтажки во дворе, несколько одиноких точек чуть подальше. Они стояли тёмными кусками мозаики на фоне сливового цвета неба, и в них видимо тоже все спали. Не горело ни одного окна. Только там где проходила линия окон лестничной клетки, был свет....
Кто такие дети? Или что они делают, когда остаются одни?
Пятнадцать футов летнего воздуха, слоенного кухонными запахами предместья, отделяли Секретный Домик Джефа от стерилизованного газоном грунта. Среди грубых веток вяза и мерного дыхания его листьев Секретный Домик был невидим, словно он тульпа тибетского отшельника. И только веревочная лестница, болтавшаяся у основания ствола, намекала, что крона дерева отягощена популяцией; и не единственно из птиц и насекомых.... По щекам текли слёзы. Ещё пара шагов, и я начал задыхаться. Замкнутые круги безусловной важности лубили моё сознание. Окружности были повсюду – единственная прелесть этой местности – и энергия их линий обнаруживала империю затерянных дорог. Мой единственный путь вёл в горы сложных эмоциональных сооружений, но вместо подъёма я ощутил падение, и в мельчайших подробностях рассмотрел летящий навстречу асфальт.
Я очнулся в святилище беспорядочного познания.... Пекло.. ебучее летнее пекло.
Мой Ниссан стоял в длинной как поросячий хуй пробке, протянувшейся по Бердскому шоссе вплоть до самого Речного вокзала. Солнце нещадно пекло, так как оно умеет печь только поздней осенью, когда ты уже одел куртку и загорать вроде как поздно. Восемь рядов раскаленного железного лома, чадящего чёрными струями копоти дизеля, сизоватыми облаками бензиновой гари, восемь рядов медленно текущего металлического дерьма. И двадцать минут до начала занятий в универе. ... Ночь разменивает на монеты
Ассигнации сильных чувств. На плечах моих эполеты Жёлтых листьев, а голый куст И кружит и кружит любую ...
Однажды одному мальчику переехал руку трамвай. Врачи долго пытались спасти ему руку, но и них ничего не получилось, и мальчик остался одноруким.
Когда он выходил из больницы, с пятого этажа свалилась бетономешалка и оторвала мальчику второю руку. Благо дело, что мальчик не успел отойти далеко от больницы. Врачам удалось спасти его жизнь, но руку сохранить не удалось. С каждым днем мальчик все быстрее шел на поправку,и уже по немножко начал привыкать жить без рук....
Я свою крапил колоду,
Пил заветную мечту, И вот так от года к году Видно было за версту Как я шёл своей дорогой, ...
Линда, я изрублю тебя чайдоном. Ты должна сдохнуть.
Кто же такая Линда? А вы догадайтесь! ТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТТ ...
Иногда я хожу в кино утром. Больше всего мне нравится выходить после сеанса: люди только просыпаются, а ты уже прожил целую жизнь. Мы давно могли бы создать собственный образ Города, старинного и современного, сказочного, руинированного, самобытного. Даже если у вас миллион аргументов в пользу убожества нашей столицы, мне все равно – я люблю этот город.
Люблю постройки московского модерна и малоэтажные московские улицы.... Я родился жарким июльским полднем в одной из палат районной больницы под Краснодаром. Мама моя, Доценко Антонина Григорьевна, ускоренно излив воды, без особых усилий произвела на свет крупное звонкое тело, с уже сформированным блондинистым оселедцем и не в меру стоячим хуем. Тело, не прекращая истошно орать, попыталось с ходу присунуть за щеку зазевавшейся акушерке и подрезало хваткой ручонкой золотую висюльку с шеи молоденькой практикантки....
Молодой хряк Борька сунул рыло в корыто с помоями, вяло чавкнул пару раз и отвернулся.
- Ты чего? - удивился кормившийся рядом Федька. Он был самым толстым во всем свинарнике, и поэтому все свиньи его уважали и считали паханом. - Надоело… - нехотя ответил Борька. - Помои надоели?! - Федька от удивления даже перестал жевать, - Ты что, с ума сошел? Разве может быть что-нибудь вкуснее помоев? - Да нет, не помои....
Песнь первая
Идет дождь. В маршрутке душно. Сидя у окна, она наблюдает, как капли уносятся с матовой глади запотевшего стекла. В наушниках негромко звучат любимые песни. Сейчас хрипло поет Джо Кокер про ушедшее волшебство любви. Закончен еще один сумасшедший день: больше нет пациентов, их требований и жалоб, нервозности и суматохи. Завтра выходной. Под звуки музыки все неприятное, скопившееся за день, бесследно уходит в забытье, как исчезают дождинки с окна. Безмятежно и уютно на душе....
Забрался в трактор увядающий, присмотрелся сквозь прозрачное,
Утро/солнечное на гектары расползается, пылит беззастенчиво. Набрался упертости в сухожилия, крепким машинное отделение, Небо вылитое на Родины полушарие хохочет безостановочно. Зарумянился в чреве коленвальчатый, захлюпали сопли масляные, ... Это пока еще не на конкурс, если чо, на конкурс будет потом.
Маленький Пинхас в ужасе забился под кровать. Оставшись один в темном, запертом на все мыслимые запоры доме, он впервые в жизни познал настоящий, непреодолимый страх, о котором читал раньше только в пыльных книжках. Уж лучше бы папенька с маменькой отвели его в лес, за город, или спрятали в балке, где много деревьев и кустов, и никогда никого не бывает. Уж там-то не было бы так страшно… Впрочем, поначалу Пинхас не боялся....
- Ээээээээааааюююююхахахахаха..... Борис, по прозвищу Блинчик, разгонялся от булочной, ближе к фонтану набирал максимально возможную скорость, махал рукой жителям города и со всей силы бился головой о северную стену католического монастыря.
Собравшиеся на бульваре жители, не отрывая глаз, следили за каждым виражем Блинчика. Реакция граждан была весьма неоднозначной. Мужчины хлопали в ладоши и, как могли, поддерживали Бориса.... Тел сплетенных саднит рана.
Губы в кровь, чтоб сдержать крики. Наслажденье живот тянет. От луны на плече блики. ... |
