Все тексты

На фоне южного заката,
О пирамиде полон дум
Молился сын Нефермаата, -
Визирь Египта Хемиун.

Звучала в отдаленьи арфа.
Вельможа взор потупил свой.
От архитектора Анххафа
Ему достался долгострой.

Уйдя к Осирису с Исидой,
Чтоб на полях блаженных жить,
Фундамент царской пирамиды
Успел предшественник сложить....

Смотрю на улицу из затхлой каморки,
Добро оказалось ложью, рай был рекламой.
Рядом со мной дрыхнет деревянных дел мастер.
Он для меня что-то вроде мамы…

Мамы или Папы, или кого-то вроде Создателя,
Короче, он тот, кто выстругал меня из поленьев....

Календарь мне дал леща...
может я, проспав пол жизни,
вдруг очнулся в коммунизме,
как мне Брежнев обещал?
"Двадцать-двадцать", вот те на!
Цифры, щелкая зубами,
по кусочку отъедали
от уснувшего меня.
Я теперь - почти скелет,
житель первой трети века,
опустил бы в страхе веко,
только века-то и нет....

Как много в закрытых пространствах
Глубокой, таинственной силы!
Тут времени непостоянство
Меняется точно в могиле

Тут воздух особого вкуса,
И связь тут с вещами другая
В такие пространства стремлюсь я
Там лучше - я так полагаю

Зовут меня Витя, допустим
В подвале храню свои мысли
Ещё я храню здесь капусту,
Картошку, чтоб мыши не грызли

Ещё тут хранятся два трупа -
Алёши, и Прокловой Светы
Под старым отцовским тулупом,
Завёрнуты в хлам и газеты

А...

***
Вдалеке я видел небо, подошёл к нему поближе,
оказалось, это камни, что лежат здесь триста лет.
Только камни словно реки из пустых, забытых книжек,
тех, что мне читала мама, там, где был в природе свет.

А теперь темно и страшно, и вдобавок не уютно,
там, где раньше было небо, нынче камни да река....

...

В честь Нового года с работы отпустили пораньше. Сначала мы заперлись в кабинете у начальника цеха, поздравили друг друга с праздником, распили под это дело, ну надо же блядь, бутылку текилы, которую принес зам. Зам как заправский ценитель этого непонятного лично для меня пойла, мазал лимоном и посыпал солью руки всех присутствующих....

(литературный ответ на книгу Олега Симоненко "Хочу, хочу подарков").

1.

За окном стоял морозный декабрь, а маленькая Соломия пыталась хоть что-то рассмотреть в окно, разрисованное чудными узорами природы. К ней подошла её мама:

- Cолечка, давай лучше сходим погуляем, в магазин зайдём....

Прошлый век. Восемнадцатый год.
Суета, наваждения, грозы.
Он сжимает в руках пулемёт,
Ожидая приход паровоза.

Не по нраву Советская власть
И злодеи, что веру губили.
А за прииск и Красную Падь
Он готов оказаться в могиле.

Нажимает на жёсткий курок
И грохочет затвор пулемёта....

Жил-был Дедушка Мороз. Борода из ваты, как известно. Проживал он в стране северной, холодами окутанной. Жил безбедно, по подобию звезд эстрадных. Месяц лютого новогоднего чёса и на год хватало себя прокормить, да и гостей угостить.
Вот и сейчас, в предверии Нового года, сидел наш дедушка перед компьютером, изучал тенденции новые....

О чём-то воет злая вьюга,
Швыряя снег, как клочья ваты.
Прощай, весёлая подруга,
Навеки от меня ушла ты.

Исчезла, словно ёж в тумане.
А, может, всё же не навеки?
Но ведь когда любовь завянет
К чертям собачим в человеке

К партнёру, то партнер при этом
Совсем чужим нет-нет и станет,
Тупым увесистым предметом
Вломить которому так тянет....

Новый год. Праздник. Приближается. Приблизился уже, подступает к горлу. Комом.
Положено покупать подарки. Всем. Родным, близким. И не родным и не близким.
Продукты покупать для праздничных блюд. Сделать этюд из свеклы к селедке. Натюрморт к бутылке водки из сала....

Нет дыма без огня
И спорящих без драки
Привычных, как ветра
Не стоящих гроша

Я знаю — за меня
Пропавшего во мраке
Превозмогая страх
Болит твоя душа

Не бойся — пустяки
На мне, как на собаке —
Дорожная трава
И раны заживут

Мне больше жаль других
Забитых в этой драке
Которых, как ветра
Не любят, и не ждут
....

Пьянство и мастурбация
Финал подгоняют жизни
Мерзко лыбится пертурбация
Водка шепотом ноет "Брызни"
К бытию утерена аннотация
Мышцы вялые, в голове слизни

Пьянство и мастурбация
Тотальная деградация
Мои чувства высохший сок
Он не хочет ни джазз, ни рок
Обернуться желания нет и силы
Подровняю края у своей могилы....

Потомок волжских самураев
И подполковник МГБ,
Вилен Эдмундович Сараев
С утра проснулся не в себе.

А в симпатичной негритянке,
Расположившейся на нём,
Как пулемётчик на тачанке
Под перестрелочным огнём.

А если быть ещё точнее,
Очнулся он, лицом мрачнея,
Внедрив себя в одну из двух
Доступных местных молодух....

Страдал ли я ?- о, еще как! Никто так неумел страдать как я. Да и не каждого брал я в ученики, чтобы научить истинному страданию.
В учениках у меня числились трое: Сашка Ромашенко, нынче инженер, до этого старший лейтенант и всё это время картежник и алкоголик....

Гульбарий снизил обороты. В эндшпиль переходил замес,когда стакан поднял Федотов с тостом за озеро Лох-Несс. Секрет поведал он селянам, что Чудо-Несси там живет, и по ночам, в говнище пьяный, на всю Шотландию ревет. Ему, Федотову, обидно, что заграничные друзья так поступают несолидно и не решают нихуя!...

Сколько их будет, бесснежных, с изъянами,
Зим, превращающих золото в олово,
Долго ли ночи позёмками рваными
Будут дразнить и морочить нам головы?

Пересчитал - два десятка, и то ещё,
Если не пить, не травиться поганками..
Старость - косматое, злое уёбище,
Прущее в тело фашистскими танками!...

Всё в толк не мог взять чем цепляет Это. Ну, набор туманных банальностей, коряво к тому же зарифмованных. И что с того? Совсем не повод для такой бурной реакции вполне себе квалифицированных и грамотных поэтов, пребывающих, похоже, в охреневшем состоянии....

На вечернем небосклоне
Ра прощается с землёй.
Запах редких благовоний
Мне напомнил образ твой.

Возле храма этот запах
Сердце мне опять согрел,
Когда свет ушёл на Запад
И в пустыне догорел.

В этот миг, когда над Нилом
До конца истлел закат,
Из зашторенных носилок
Уловил я аромат....