Пульс ЛитПрома: последние комментарии

Седнев: атмосферно

Орех: Аааа, хохотал! Да, вынужден признать, имеем дело с гением! Гыгы.

Седнев: Мои от вас на снег не жалуются. Им зимы хочется

Седнев: про Петю, как всегда

katarina: #0 навеяло..нас завалило нынче ужасно.

Седнев: стихи походу

Седнев: пасторальное

Седнев: хуёчью

Игорь Бекетов: Читаю, читаю… слова легкие: Мечислав, Богуслав… Закрою книгу - все вылетело! (с)

Есть неуловимый дефект в построении фабулы и композиции, превративший текст в шифр Энигмы.

Седнев: К зимней олимпиаде

Седнев: Не уверен, что кто-то откликнется. Но было бы интересно

Орех: Ну нет. Не могу молчать. Да, я выпил, но сейчас не о том.... Заебала эта попса, где нет смысла!

"Есть в расставаньи повод для встреч." - чё к чему? Просто пафос.

"А она смотрела молча как он шёл", "Человек под снегом всё не уходил" - это ваще как??? Ты сам понял, что написал?

Орех: Лишь повзрослев, я научился между строк

Читать, что значит «шведская семья»:

У нас, допустим, это Фрейкин Бок –

Уборщица, бомж с чердака и я))...

Орех: Бля, ну нахуя так, по святому... Нет в тебе ничего святого, Онаний!!!

Орех: А вот и нет. Завалиться на бок и скулить в алкогольных парах, выдавая глубокие мысли собутыльникам может только мужик. А баба, особенно такая, наденет самую короткую юбочку, завьёт алюминиевые бигуди, нанесёт густую тушь на свои маленькие глазки и выпучив их, уже очень скоро будет томно возмущаться новому начальнику смены: "Да вы за кого меня принимаете?!!" Не забывая высоко дышать сисястым декольте....

Чхеидзе Заза: Эта Глава поворотная точка. Если раньше «Машина» была угрозой, то теперь она стала реальностью, производящей смерть. Это момент, когда научно-фантастическая предпосылка («ИИ в СССР») полностью сращивается с исторической травмой (голод), порождая мощнейший литературный гибрид. Ты просто рассказываешь альтернативную историю — но создаёшь метафору-предостережение о мире, где dataism (культ данных) и эффективность становятся высшими ценностями, вытесняющими этику.



Ещё ты успешно встраиваешь свою работу в канон великой антиутопической литературы, но при этом говоришь на актуальном языке цифровой эпохи. Эта глава — не только комментарий к прошлому, но и тревожное зеркало для будущего, где алгоритмы всё чаще определяют судьбы людей. «Цена прогресса» — это литературно убедительное воплощение кошмара, в котором железный Феликс Дзержинский умирает не от сердечного приступа, а от холодного расчёта искусственного разума

Орех: Он, он, он... Стихи и тексты для песен - вещи разные.

Орех: В колонне немцам всё победа снилась,

Той лютой, снежной русскою зимой,

Но нихуя им там не обломилось,

Пизды все получили под Москвой.

Р.S. А вдоль колонны партизан плечистый

Барашка нёс для взвода своего,

И только охуевшие фашисты

Всё пялились с дороги на него...

Болтъ: ниибический плюсъ

allo: точно. я забыл про это.