Пульс ЛитПрома: последние комментарии

Виктор Качемцев: 1. Вот скажу сильнее - А. Блок в 1911 году написал предисловие к собранию стихотворений. Он пояснял, почему включил в книгу даже полудетские или слабые по форме стихи. Каждое из них было нужно для формирования главы. Вся книга складывалась в трилогию - роман в стихах. Блок нелепо помогал читателю увидеть целостность цикла.

2. Просто хочется. Хочу пояснить читателю - раз ему интересно.

Седнев: Слабый аргумент

Виктор Качемцев: В истории литературы авторы нередко делились своими размышлениями о стихах - от предисловий и комментариев до интервью. Это не отменяет самостоятельности текста, но добавляет ещё один слой восприятия.

Дмитрий Полосков: В тот раз он сделал трофи из глины, обожженной до остекловывания, в виде шахматной фигуры коня на атласной ленточке, как медаль. Такой памятный подарок получал каждый участник забега.

Васёк Лучезарный: Харизмой, Седнев, харизмой!

Седнев: Выходит, она тебя уже поношенного взяла. Стихами завоевывал?

Васёк Лучезарный: Ну, вот начинается... Второй - нет. На этом автбиография заканчивается.

Седнев: А ты хоть раз изменял жене?

Седнев: Волнуюсь за трофи Ивана Зари

Седнев: Автор, поясняющий смысл своих стихов, выглядит нелепо

Дмитрий Полосков: Ага, представил…

Да, понял, всё просто! смысл укладывается в текст

Виктор Качемцев: Представь - две антенны, чьи сигналы пересекаются в пространстве. Так и взгляды будто встречаются не глазами, а как волны, импульсы. Это такой фантастический образ контакта - мгновение, когда двое поймали друг друга.

Дмитрий Полосков: Классический одноиктовый пентон, первый — трёхстопный, с женской рифмой, об океане в вечности Вселенной.



Мне понравились удачные, на мой взгляд, строки: «Ветром переворачиваются чувства, / Отзвуки океана многоголосны», а также «Слышится в исполняемой увертюре /Скрытый за недосказанностями шёпот» и очень круто: «Мысли воспоминаниями распяты».



Сложно и вязко для восприятия: «Полнящиеся признаками кощунства /

В призрачности изламываются сосны».

Не понял выражение: «Взгляды в пересекающихся антеннах».



В целом стихотворение — музыкальная увертюра многоголосного океана, скрывающего в себе зиккураты Вселенной — красивая, загадочная, инаковая.

Васёк Лучезарный: Пожелание понял.

Седнев: Я не приму стих со спермой даже читать не подумаю. Вляпаюсь еще

Седнев: Это не гадости. Я тоже мирно беседую. Человеку свойственно возвеличивать всю херню, на которую потратил время и силы

Васёк Лучезарный: А насчет кардиограммы стихов, то будь спокоен: следующий стих будет извергать сперму и буйную радость.

Седнев: Рядите вопрос "А нахуя вот это вот все было?" в рюши любви

Васёк Лучезарный: Не пизди, Седнев. Я думал мы с тобой беседуем мирно, а ты пытаешься гадость сказать. А возможно, тебя многие бабы наебывали.

Седнев: Ссыте друг дружку потерять. Это не любовь, а инстинкт самосохранения. Кто-то же нужен, чтоб стакан кефира подать