Все тексты

я много в жизни повидал -
ходил в тайгу где пиздил зайцев,
потом опухшим грязным пальцем
кишки зайчачьи ковырял,
гугля комки травы зеленой.
поджухлой, кисленькой, соленой.
теперь уж не хожу, устал.

я много в жизни повидал -
ходил в тайгу где пиздил белок,
а после трепетно-несмело,
кишки бельчачьи ковырял....

Мать била меня, а я бил мать. Но это была не драка и не боксерский поединок- кто сильнее. Это было проявление негодования. Например, прихожу я домой в состоянии "в дрова". А мне на ту пору всего 17 лет было. Мать не долго думая снимает фартук и начинает меня им лупить....

Понедельник.
Утро.
Жора видит солнце, будто впервые.
Отходники.
Колотит.
Плохо, плохо, плохо, совсем плохо.

Город просыпается, начинается новый, летний погожий, совершенно особенный день. День освобождения. Квартиры. На поиск нового жилья нет ни сил, ни денег....

У войны красивое лицо
Только искажённое немного
Танками изрытая дорога
Бесами сожжённое крыльцо

А рассвет, такой же, как всегда —
Даже золотей на чёрном фоне
И вкуснее кажется вода
И роднее храмов перезвоны

И любовь, какой не видел мир:
Сотканный из божьей плащаницы,
Преданный и проданный за пир;...

приворонил меня этот город гнёздами слепленных наспех гостиниц,
пригодных для разведения породистых одиночеств.
многодетный отчим аккуратно целится поверх переносицы
люди для него всего лишь перхоть: на спинах таксистов -
побочный эффект неразборчивости;...

img src="https://i.pinimg.com/originals/1b/91/04/1b91047dac7b8d0e7512a4b653f1a753.jpg" /

Миллиарды зеленых языков
Лижут солнечный свет
Или шепчутся в тени,
Ожидая своей очереди.

Сверкая глянцем,
Разбрызгивая искры,
они подметают фиолетовыми тенями
Тропинку, шелестя над нами:
«Yummy-yummy…»....

Мне бы сон написать чёрной тушью стихов,
Силуэты грехов уловить, утрясти,
И почувствовав остро их трепет в горсти,
Отпустить, уложив на бумагу легко

Сотни порванных солнц и обломанных лун,
На кровавом балу корчи тысячи рож,
В горле нож, танец ведьмы на остром колу,
И на простыни белой тифозную вошь,

Треск кленовых ветвей, вкус дубовой коры,
До рассветной поры - хор безумных котов....

Серёга Ландик

Эхо светлой печали
(Кукла вуду, манускрипт, Гавриил и дурочка)

Мистификация
в четырнадцати картинах

К вопросу о жанровом решении предлагаемых страниц.
Стороннему наблюдателю и убеждённому реалисту история эта, вероятнее всего, увидится обыкновенной волшебной сказкой....

I

«Любовь моя, жизнь моя, гордость моя, если ты умрёшь – то я тоже не буду жить. Вскроюсь прямо тут, в реанимации и лягу на кровать с тобой рядом, истекать кровью. Помнишь стихотворение Веры Павловой?
«Похороните меня в его рубашке,
В этой, в полоску, которую я глажу
Ласково, как младенческую распашонку, --
Старой, заношенной, местами почти прозрачной....

Мне справку выдали сегодня в диспансере.
Безумен я, а значит я свободен.
Хранить без страха я могу гранату в секретере -
Любой поступок будет Господу угоден.

У ненормальных жизнь легка,
По ним не плачет воинская служба,
Путевки им дают на Ю....

У окна стоял мужчина, в руках он держал дневник в матовой обложке.
-А тебе встречались люди- «прямые» ? – неожиданно спросил он женщину, сидящую в высоком кресле.
-В смысле? – переспросила она, не понимая к чему он клонит .
-Ну , люди, сравнимые с прямой ....

...

В усадьбе у Москвы-реки,
Где бег воды нетороплив,
Где крепостные мужики
Вкушают сладость спелых слив;

Где нищий жалится с сумой,
Где синий небосвод высок,
Герасим жил глухонемой,
А по фамилии – Васёк.

Талантом был необделён,
Стихийно жил, не по уму....

Как известно, внутри нашей головы, между двух ушей, внутри психики, есть так называемый Балабол, который постоянно проговаривает мысли, воспоминания, все время что-то критикует и обдумывает. Иногда это нужно и полезно, а иногда просто вредное мозгоёбство....

под хвой сирен и ногбегущий тополь
с пешащего предтюрьмно потруля
я ясвершал отаку на коробль,
я ихскушал ошывку коробля.

грызя я отаковывал кильватр,
затем спешаясь вотерватр грыз.
а спотрулемно ближыл элеват'р
как хвост элеватирующих крыс....

Мы не замечаем простых вещей.
Дни нашей печали, застыв, мощней
Кажутся любой каменной скалы.
Каждый день как в бой. Маревом густым
Укрывает боль даже тишина.
Умерла любовь там же, где весна
Оживляет все, что способно жить.
Знать бы, как ещё переубедить
Веру продержаться остаток дня,
Нервы истончаться не до нуля....

Прокурен ночью злачный бар,
Уставший пианист играет джаз.
Веселья пьяного царит угар.
Уверен будь, им не до нас.

Проходит тихим шагом плавно
Мимо столов и пьяных рыл…
Бог хмеля постарался славно,
Пропойцам ангел стал не мил.

Ты посмотри, сменился его шаг
И ангел спился в проклятых местах....

Уже несколько дней по городу плывёт одуряющий аромат сирени. Иногда его перебивает прополисный дух смолистых чешуек от цветов тополя. Да, пух уже полетел. Сколько не вырубали старые тополя городские службы, с конца мая начинается пухопад. Сейчас только середина месяца – из-за жары всё началось раньше срока....

Продан мой дом на набережной.
Нынче все можно сметь.
Нынче все стали набожные.
И продается смерть.

В доме перила пористые –
“Слава” был шоколад.
На куполах снесены кресты;
Продан икон оклад.

Память ушла по камешкам и
В нашем саду земля....

Выше неба. Выше облаков
Выше сосен, трав, ромашек, луга
Выше пьющих в поле мужиков,
Выше нас, целующих друг друга
Выше песни, льющейся как мёд
Выше рек и, точно, выше моря
Выше тех, кто водит самолёт
Выше счастья, радости и горя
Выше междометий на устах,
Выше всех признаний и событий,
Выше белой чистоты листа,
Выше всех приходов и выбытий
Выше Солнца и иных планет,
Выше благодарности и веры,
Выше дней прошедших, сотен лет,
Выше покосившейся галеры,
Выше Бога ...