Все тексты

Мироздания суть — пищевая пирамида,
Человечество в ней — звено, но не вершина.
Скотобойни конвейер вращает Сансары колеса,
Адаты и догмы, законы и нормы — нож в руках мясника.

Справляйте молебны! — ждут кумиры и бога.
Их еда — ваши души, деянья, надежды, слеза....

Расплескались и сгинули летние люди,
отражаясь в зеркальных осколках дождей.
Неизбежность состряпала облачный штрудель
с монохромной икрой из осенних людей.
В кровеносных сосудах пульсирует слякоть.
В голове декаданс перепончатых дней.

Отряхнувшись в прихожей промокшей собакой
отрекусь от тоскливого царства теней....

Егор Неспешный не был членом ВЛКСМ. Не то, чтобы из-за каких-то особых идейных соображений. Просто привык всегда быть самим собой. А от всей этой комсомольской возни несло таким формализмом и лицемерием, что интуитивно хотелось держаться в сторонке. Иногда, выслушав порцию штампованных высокопарных фраз, Егор испытывал чувство лёгкой тошноты....

Твою мать! Споткнулся, отошел порог-стык у дверей. Строители – гады! Твари! Заставлю языками заравнивать всё. Был за границей – смотрел, как там строители работают. Чистенькие, аккуратные, вежливые. А эти?! Ходят в тряпье и глаза, какие то — волчьи....

Он берет телефонную трубку – он говорит Алло.
Ему отвечает металлическим голосом
потустороннее зеркало.

Офис превращается в меланхолический театр.
Рабочий день ковыляет законченный —
Он сбрил щетину. Он больше не Фокс Малдер
Она даёт ему пощечину –

Что делает на его рабочем столе – этот телефон
Старый, красный, дисковый
День может принимать ещё множество форм,
Часы в коридоре тикают....

ушел беспокойный, ни грамма, ни пыли
без повода, мирно, стал черной землей
он бился, кричал, но его хоронили
не слышали, крыли прогнившей корой

там царства границы из мертвых пажей
цветочных канав, небо серых цветов
на дне королевы изломы ключей
запутался волос на стыке оков

лишенный зеркал и улыбок стальных
наследник гвоздя на скелете верхом
поднялся из грязи, из под мостовых
на полчища крыс под крылатым мостом

испуган младенец...

№ 17
Рассказ заводского друга.
Ну, значит, собираемся мы на картошку. В смысле, на огороды копать. Весной-то мы выезжали сажать туда, в Смышляевку, почти всем цехом ездили. Всё культурно разметили, посадили, привезли-отвезли нас на автобусе, всё чин-чинарём....

Нонче танцы в нашем сельском клубе.
Выбор пал мой, sexy, на тебя,
Где музло на треки ди’джей рубит
У танцпола в пене жигуля.

Я тебя смущал порочным мамбо
И фламенко дерзким чаровал,
Намекая тем, что как бы нам бы
Не нужны излишние слова....

Подсознание cрыгнуло что-то, но ответ был не ясен… Размыт и уклончив.


Нервозность и бред, окружили, выставили штыки.
Проницательные взгляды оценивали важность строки.
Плыли венки, плели плетёнки, вязали пелёнки, ползли рыбаки....

(продолжение)


Выпив на посошок, мы рассаживаемся и трогаемся в путь. Нас ведь все-таки ждут и надо торопиться. Но гнать я уже не буду, все таки реакция уже не та. От мерной спокойной езды меня разморило, и вдруг я почувствовал, что меня опять держат за хуй....

«Я выполнял команды командира партизанского отряда.
Когда я видел одиноко стоящего человека, я представлял в нем „языка“, которого необходимо доставить в лес, связывал его и наносил удары по-партизански.»

А. Р. Чикатило







Быть съеденным в семьдесят лет — и то обидно, наверное, а меня вот съели в семь....

Дешевый театр этот ваш Малховин, скажете вы, и отчасти будете правы, поскольку только жители Малховина могут судить о той цене которую им приходится платить за жизнь в этом городе. Конечно, звание города может быть и слишком громко звучит для поселения подобного типа, но само название – Малховин, по мнению жителей, имеет городское происхождение и на меньшее они никак не согласны....

Утро. Проснулся. Солнце сквозь шторы.
Что–то со мною не так.
Мне на работу, коммивояжером.
Страшно, и в мыслях бардак.

Резко откинул я одеяло.
Выдохнул. Всё как всегда.
Бледные ноги, плавки вигвамом,
Знать миновала беда.

Снова имею в личном запасе
Двадцать четыре часа....

Вяло перебирая несущественные документы, Валерьян Ефимович с тоской в глубоко посаженых маленьких черных глазках смотрел на еле движущуюся минутную стрелку старых настенных часов. Конец рабочего дня все никак не наступал, заблудившись в неразрешенных проблемах, решать которые Валерьян Ефимович абсолютно не был настроен....

Это кто там в шесть утра истошно так орёт и не даёт мне спать?!
Это дорогая моя кошка хочет кушать, а скорее-жрать!
Я, врубив режим автопилота, шлёпаю до ванны босиком.
Моя кошка ест не абы что-то: утром-лишь парное молоко!
Потому иду на ближний рынок, там уже молочницы стоят....

Эль,
а ее звали именно Эль,
заходит прямо, не держит дверь
и садится четко напротив окна.
Сдержанно холодна.

Женщина с губой, как у зайца,
взглядом, как у ежа,
чертовски нехороша,
садится рядом.

«Нет, — говорит, — не надо рассказывать....

Двое суток… Почти двое суток… Пятая смена подряд. Крыша даже не течет, она уже стекла, давно. В башке — вата. И звенит. Ватный звон…
Хочется спать, даже не хочется, а не можется не спать. И я, наверное, сплю;
По крайней мере – вижу сны, или их обрывки, или отголоски снов, или их тени… Они переплетаются с явью – с сырой, промозглой вонью зольного цеха и грохотом “Молисы”, и я путаюсь и вязну в них, как в тошнотворном тифозном бреду....

Толян просто переходил дорогу. Просто ногами переходил, когда вдруг споткнулся и ткнул головой в живот стоящего на обочине гопника.
Тело отступило назад лишь на шаг, хыкнув размахнулось и залепило нижний хук в верхний часть живота. Мир как-то странно поблек в цветах и седоого скрутило в печёный калач на придорожных лужах....

В жизни каждого человека случаются праздники. Одни долго работают для этого, на других праздник падает по своей воле. Кто-то устроился в женскую гимназию преподавателем ОБЖ. Кто-то крайне выгодно продал Родину. Кто-то подкрался в суматохе к Жанне Фриске, сжал в ладошке её жопку, а та и не закричала, а наоборот, заржала негромко басом....

«Мне так нравится, как ты реагируешь…- с нежностью сказал он, глядя на ее тело, бьющееся в судорогах – ты такая… страстная». Она со стоном втянула воздух и испытала очередной оргазм. «Что ж ее так пидорасит? — подумал он, но вслух ничего не сказал – может симулирует?...