Все тексты

«думают люди в Ленинграде и Риме, что смерть – это то, что бывает с другими» (с) Сплин
.
залупа абсолютно ненужной мне информации
пытается выебать мир мой внутренний
а я выключил радио и обесточил рацио
и наблюдаю как зреет крыжовник и размножаются нутрии
в условиях умеренной радиации
....

Опять один в пустой пещере
Стаканом измеряю время
Гоняю тупость через темя
Беззубо пьяный рот ощерив

Вещает в телеке уёбок
Мол, как же так и как же можно
Одним движением несложным
Прижгу иссушенное нёбо

Плевать что там на этикетке
Картинки с выставки уродов
Минуты, месяцы и годы
Глотаю залпом из пипетки

Мне в дверь стучатся Заратустры
Я им в ответ, смеясь, икаю
Им невдомёк, а я-то знаю
Как ненадёжен крюк от люстры

Блевота прёт из всех отверстий...

Старик сидел на скамейке и кормил голубей,. Дряхлые дрожащие руки доставали из бумажного пакета крошеные сухари и вяло бросали на землю. Корм сыпался под ноги, и осмелевшие птицы склёвывали крошки прямо с ботинок. Старик явно находился в состоянии полудрёмы, голова то и дело опускалась на грудь, а рука зависала в воздухе, ожидая команды....

БАХРОМА

Внук Полины Андреевны очень сильно заикался, поэтому значительная часть её пенсии уходила на пластилин. За свои неполные пять лет внук не произнёс и сотни законченных фраз, но ребёнок был упрям: он строил речь основательно, применяя хитроумные подпорки, перекатывая во рту большие и малые булыжники, причмокивая и прищёлкивая, как-будто подгоняя непослушного коня....

Неужели все люди на столько примитивны, складываетя впечатление, что меня окружают одни имбицилы, не видящие дальше своего носа. почему люди не могут или не хотят принимать то, что выходит за рамки их уебищного сознания!? Как можно порицать людей, которые могут и умеют выражать свои мысли в рисунках, рассказах, музыке....

научно-фантастическая повесть (чуть сокращённый вариант)

1.

До встречи оставалось минут сорок. Тащиться домой не имело никакого смысла, одна лишь дорога туда и обратно отняла бы всё это время. Если не больше, принимая во внимание заколебавшие всех московские пробки....

Вы все чаще и больше верлибрами,
Чтобы знали – от всех вы отличные,
Так трясете души своей фибрами –
Ощущения, прям, неприличные.
Вы копаетесь в мифах и библии,
Чтобы образы выбрать не нужные.
Вас читая, я двигаюсь к гибели,
Через поиски ваши потужные....

Белая березка над ручьем склонилась.
Облако на небе, солнце надкусив,
Кошкою пушистой хитро затаилось.
Как пейзаж родимый чуден и красив!
На две нижних ветки я кушак повешу
И рубаху сброшу, сяду на траву,
Выпью самогона, закушу пельмешком
И от счастья жизни в голос зареву....

Когда-то, может, твои стихи назовут сатирой.
Повторно протестировав, добавят: «Для сортира».
Эскизы успеть смонтировать — и картина вот.
Эти задиры, бро… ты бы любил их. В рот.
Врет статистика. Театр терял границы.
Сколько продлится? Лица, вереницы....

Послышался Бах. Это было странное чувство, он проснулся в траве и откуда-то слышал Баха. Он знал, что это Бах, но не знал что за мелодия. И он лежал и прислушивался. И потом даже наслаждался ей. Спустя несколько уровней.

Цветокорекция, как обычно это бывало с утра, никак не могла найти нужную частоту....

Я улицей этой шагаю,
А звук шагов отдается
Совсем на другом проспекте.
И там
Слышу себя,
Шагающего в ночи,
Где
Только туман настоящий
Октавио Пас


Он гулял. Просто гулял тихими улочками. Шел снег, но холода совсем не чувствовалось....

Кишащая тенями ночь обволокла город. Подлое светило утонуло в помойной канаве. Жёлтые глазища дряхлого дома, поросшего язвенными наростами, всматривались в рыхлую плоть сумрака. Шипящие бражники грызли стекло, судорожно подрагивающее от беспощадных укусов....

Посвящается моим дорогим друзьям.

Двери лифта открылись, и несколько китайцев направили на меня свои стволы, и начали стрелять. Точнее, стрелять начали не в меня, а в моего персонажа, которым я управлял, играя в плэйстэйшн.
-Приходите в мой дом, мои двери открыты, буду песни вам петь и свинцом угощать – перефразировал я песню известного шансонье, и открыл по китайцам огонь....

В кровь обмакнув перо,
Обнажив в улыбке клыки,
Пишет дьявол про зло и добро,
Изнывая от чёрной тоски.

Диссертация человеческих душ,
Скупая проза всевозможных чаяний,
Шевелящаяся масса обрюзгших нужд
На говорящей бумаге когтистой рукой изваяна....

***
Выбрала самых лучших себе на раз,
И разложила каждого на мякине.
По чемоданным биркам – Афган. Кавказ. –
Прима с гастролей в черной парче.
А ныне

Лепит горбатого шлюхой дешевой в порту.
Выдашь пинка ей. –
Заходится зло и горласто....

Вы не знали что в этом сезоне
Надо есть ежевику с куста
Не гламурен ни берег Лазурный
Да и трип на Бали – хуета.
В заповедных чащобах России
Муром, Новгород, Тверь и Орёл
Возвращают бессилию силу
Когда пьёшь огуречный рассол
Очищается карма навеки
Можжевелой крепкой слезой
Там не тронуты стронцием реки
И трава гладит ноги росой
По ночам вам не снятся кошмары
Джи-пи-эс вас вовек не найдёт
По ночам можно плесть тары-бары
И стихи сочинять, как попрёт
Ну а если ко...

Сегодня рано утром прибыл в Токио.
Лежу на койке в сапогах и брюках,
И думаю об Александре Блоке я,
О разных поэтических кунштюках.

И вот какой идеей я увлёкся,
А может, даже совершил открытие:
Поэзия сродни искусству бокса.
И тут, и там важней всего Событие....

Лопнувшие капилляры смрадоточащих глаз давно привыкли к пробирающей темноте, гробовая жирная луна ухмылялась над склепом, свинцовое набедренное облако едва скрывало рваный гнилой оскал светильника. Ворота поскрипывали смятыми петлями, поросшими плющом....

На третий день по приезду Олег Иванович с удивлением понял, что нравится ему решительно все.
И то, что до столицы, Коломбо, всего двенадцать километров.
И номер с неслышно работающим кондиционером и ласкающим взор видом на океан.
И смуглая девочка-красавица, с милой улыбкой встречающая их на входе в фешенебельный ресторан отеля....

Глава 1. И вид открылся городской…
В моем городе не так много высоких домов — и те находятся в основном в центре. Как правило, выход на крышу в них закрыт, но вскоре я нашел одно здание, где не был запертым чердак. Я очень люблю смотреть на звезды — со своей девочкой мы часто покупали немного пиццы и пива и шли на крышу, где в летнюю ночь под всем этим гнетом романтики занимались любовью....