За жизнь

А ведь жили! Хоть и просто, без изысков: дом деревянный – хата, сад, огород, во дворе колодец. Но жили. И любить умудрялись, и верить. И даже надежда теплилась огарочком под старой, в лакированных трещинах, иконой.
Жизнь вращалась радиольной пластинкой вокруг бабки, тогда еще крепкой, как совхозный амбар, и радости было целое море, когда свадьбу отплясывали: «Дочка замуж выходит!...

ч.1 litprom.ru/thread37419.html
ч.2 litprom.ru/thread37498.html

Запределия. Удивительный мир, реальный в своей невероятности и невероятный в своей реальности. Странно, но эти две первые встречи с коротышами у себя дома Артем помнил совершенно отчетливо, а вот самое главное, самое прекрасное и яркое, что происходило в его детстве, давным-давно сплелось в один сверкающий калейдоскоп картинок....

В стране матрешек и металла
Уже из ржавчины вполне,
Прохладно в осень что-то стало
И лунно ночью при луне.

При солнце утренне и знойно
Все в полдень жаркий — для чего?
Зачем я тут не пью запойно,
А жду и верю тут – в кого?

В кого я верю, ожидая,
Смотрю, гадая на кристалл,
Глядит Россия молодая
На эшафот и пьедестал....

В теплушке из столицы Туркестана,
Мешочница проныра из проныр,
Возила на продажу постоянно,
Солёный козий ароматный сыр.

На остановках прямо у перрона,
Подсчитывая радостно навар,
Мешочница с фамилией Ворона,
Сбывала ловко ходовой товар....

(глядя на черную щель между сисек)


В контакте он смотрит на выложенные фотографии малознакомых баб – многие из них снимаются в таком ракурсе, чтобы щель между сисек – казалась бесконечным черным манящим пространством, чтобы сиськи казались больше....

Курлычат под окнами строчки из «Фауста»
Три голубя в грустном своем интермеццо.
Сегодня, друзья, тридцать первое августа,
Последний день лета и грустно на сердце.

***
Трагично писать о последнем, о, Боже...
Последней любви и последнем шедевре,
О вздохе последнем....

Человек идет широким шагом.
Взгляд состредоточен, смотрит вдаль,
В нем и острота французкой шпаги,
В нем же этой шпаги блеск и сталь.
Быстро расступаются зеваки,
Человеку открывая путь:
«А куда идет он так, однако?
Может, нам к нему скорей примкнуть?...

Быть может, я думал, необходим отдых, быть может, в какой-то миг я сорвусь и побегу сломя голову вперёд, чтобы устать, заполучить отдышку, сплёвывая в процессе бега вязкую слюну. Но я оставался на месте, корчась от равнодушия и усталости, которая образовалась от презрения ко мне со стороны близкого человека....

В перестуке чугунных вагонных колёс,
Пролетают часы безвозвратные,
Этот поезд, куда-то недавно увёз,
А теперь возвращает обратно.

Поезд резвый идёт веселей под уклон,
За окошком пейзаж удивительный,
С верхней полки сосед расхрапелся, как слон,
И носками смердит охуительно....

Уже три года, как в могиле.
А он дышал и с нами жил.
Должно быть, дочиста догнили
Остаточки хрящей и жил.

Но дух его, в ночи мерцая,
Как город в отраженье глаз,
Парит, победу прорицая
Бессмертья, среди смертных нас.

Он занимает, словно атом,
Частицу мира....

Переведи мои часы на час назад.
Дай отыскать мне в нём ту самую минуту,
Где выжигают крик:
- налево, ебанутый! –
Из прошлых жизней наших скрипом тормоза.
Переведи мои часы на час назад.
.
Мне больше нечего тебе, увы, сказать.
Переведи мои часы, пока мы живы,
Тем утром, что для нас заштопала дождливо
В полнеба молнией парижская гроза....

Устают отношения тоже.
Штукатурка обыденных слов
Осыпается. Я снова брошен
В чернобелость прерывистых снов.
Просыпаюсь у края рассвета
И смотрю два часа в потолок.
Ты лежишь в миллиметре, но где-то.
Синей венкой мигает висок....

(по сюжету Руслана С.)
* * *
Плюс двадцать пять ко времени рандеву, а Лепень не появляется.
Не пора ли слегка занервничать? Незаметный с утра, в сумерках усилился дождь, вынуждая спрятать голову в воротник длиннополой кожаной куртки....

Он скучает, глядя в небеса,
Мамка пропадает на работе,
Мамкина звенящая коса
Выпускает ангелов из плоти.

Но она бывает, устает:
Слепит безутешные глазницы,
Тут его последует черёд,
Впрыгнуть на приступки колесницы.
Он летит, покуда шанс, стрелой,
Получивший имя Злого Рока,
Краденой орудуя косой,
Не считаясь с выбором и сроком....

Я смотрю полдня на небо, представляю бесконечность.
Если нет конца у мира, значит где-то есть и жизнь.
Ее много, нету счета, очень разной, всяких видов,
И, конечно, есть такая, что привыкли мы с тобой.
Это тоже человеки, и с ногами и руками,
Животом и даже шеей, на которой голова....

Она мне больше не напишет,
Она не скажет никогда люблю,
А вечер уж прохладой дышит,
Никто не вспомнит если и уйду..

О ней я вспоминать не должен
Ведь память рвет мне сердце на куски.
И мне отчаянье уж точно не поможет.
А ты будь счаслива… люби…....

В тот год, как обычно, родители отправили Кирюху на летние каникулы в Сосновый Бор к бабушке Ирине Егоровне. Сами же наведывались к сыну почти каждые выходные, сразу после работы в пятницу садясь на Ярославском вокзале во Фрязинскую электричку. Кирюха всегда с нетерпением ждал этих дней, ведь родители обязательно привозили для него что-то интересное или вкусное....

Девятый округ.
Улица Мобёж.
Она спешит куда-то по делам.
К ней пристаёт, игриво, летний дождь,
Оставив грусть свою цветным зонтам.

Она спешит.
И стук от каблуков
Напомнит вновь забытый лейтмотив:
Ценить на глаз — удел для дураков,
А коли так, то сердцем не претит....

Вот он, любимый город – паутина, состоящая из человеческих отношений и автомобильных дорог. Какую-то часть года здесь душно и пыльно, большую пасмурно и дождливо. Сколько бы я не твердил то, что ненавижу его больше всего на свете – я люблю тебя, за асфальтные дороги, за круглосуточные магазины, за лавочки, подъезды и кафе – место сжигания времени, и вечных разговоров о вечном, ты и есть обитель человечества в 21веке, ты дорог мне, но я убежден в том, что ты самое большое зло, потому что ты самый большой рас...

В то время я остался один. Мне было двадцать два, родители расстались, и мать снова устраивала личную жизнь. На этот раз в Киеве. Отец искал приключений в Испании, а я не знал, куда себя деть и чем заняться после работы.
Взял отпуск и отправился, было, в Питер, но там одиночество только усилилось....